Книга Пламя ада, страница 64 – Кармен Мола

— Не стреляй! – Приказ Бидаче помешал ему спустить курок. – Закуй их в колодки. Посмотрим, чему это их научит…

Рамирес ударил Эмилиано стволом по подбородку. Несмотря на кровавую рану, Мауро видел, что его друг улыбался.

— Ты упустил свой шанс. Клянусь, в следующий раз я тебя убью, – проговорил Эмилиано.

— Сперва попробуй выбраться из колодок живым.

Солнце садилось по ту сторону тростникового моря. Сквозь фиолетовые облака пробивался розоватый свет. Леонор сидела на террасе дома Арсенио Боады. Когда она отказалась от кокосовой воды, грузная служанка медленно отошла от нее с подносом в руках. Зазвонил колокол, и по двору, видневшемуся сквозь сад, прошли рабы. Освещенные сумеречным светом, они возвращались в свой белый барак после рабочего дня. Боада рассказал, что два дня назад на плантации случился пожар, и сбор урожая приостановили. Управляющий с помощниками продолжали расчищать поле и подсчитывать убытки. Чтобы наверстать упущенное, время работы было увеличено.

Леонор чувствовала, что в поместье «Магнолия», посреди природы, которая была царицей острова задолго до появления здесь первого испанца, жизнь течет с совершенно другой скоростью. Поездка была странной. В поезде Амалия Бру почти не разговаривала с ней, а по прибытии заперлась в своей спальне. Она не находила себе места от беспокойства и только робко улыбалась при каждой попытке завести с ней разговор. Леонор не знала, почему подруга так себя ведет. И это лишь усиливало чувство одиночества, вновь охватившее ее после встречи с Аквилино Пардиньясом.

Леонор чувствовала себя так, будто стоит на сцене, но при этом не имеет ни малейшего представления о пьесе. Все взгляды обращены в ее сторону, а она не знает роли. Все решили другие люди. У Леонор даже не было времени обдумать, хочет ли она стать женой Кандидо Серры со всеми вытекающими из этого решения последствиями. Но думать об этом уже поздно. Леонор лишилась свободы, став пленницей судьбы. Однако, провожая уходящий день в «Магнолии», она почувствовала, что способна снова взять бразды правления в свои руки.

— Ужин скоро будет готов. Если потребуется, служанка поможет со всем необходимым. – Хозяин поместья старался вести себя непринужденно, но чем дольше они находились в его доме, тем напряженнее он становился.

Обходительность, с которой Арсенио Боада старался обращаться с Леонор, постепенно сходила на нет, особенно после прибытия экипажа с гостьями из Европы, которыми так интересовалась Амалия.

Леонор вернулась в дом и поднялась в свою спальню. Она чувствовала, что весь дом замер в предвкушении сегодняшнего вечера – не только освещенные свечами комнаты, но и те, где занавески были задернуты и царила темнота. Ожиданием была пронизана даже тишина, в которой служанки накрывали на стол. В самой атмосфере дома царило предчувствие чего-то очень важного.

У двери в комнату Леонор ожидала служанка, предложившая помочь ей причесаться и переодеться. На вид служанке было лет шестнадцать, не больше. Она стояла, опустив глаза, как будто стеснялась слегка припухшей губы и ссадины на скуле.

— Поскользнулась, пока мыла окна. Я очень неуклюжая, все время спотыкаюсь, – ответила она на вопрос Леонор.

— Ты можешь мне не лгать. Если тебе здесь плохо, я могу поговорить с сеньором Боадой. – Леонор попыталась поймать взгляд девушки, но та отвернулась. – Как тебя зовут?