Книга Бастард Императора. Том 1, страница 85 – Андрей Орлов, Сергей Каспаров

В любом случае должен быть способ обойти их, но… Боюсь, что мне не дадут этим заняться, а умирать пока не хочется. После выполнения условий для закрытия разлома, через два дня он схлопывается и всё живое, что в этот момент находится в радиусе примерно десяти — пятидесяти километров, в зависимости от уровня разлома, умирает от ударной пространственной волны.

Пока командир выяснял все условности закрытия у долговязого, я улёгся на траву, взял в рот соломинку и закрыл глаза, наслаждаясь солнцем. Ко мне даже присоединилось ещё пару человек.

Через какое-то время всё было утрясено и нас собрали на построение.

— Значит так, бойцы. Вы хорошо поработали, — начал произносить очередную торжественную мотивационную речь командир, — улов у вас не большой, но зато ваш. Теперь мы что делаем? — спросил он, смотря на какого-то парня.

— Снова в разлом? — уныло спросил тот.

— Нет, — усмехнулся командир, — самое время поесть!

Ответом ему было громогласное «ура». Что все мы точно любим, так это поесть.

— В город возвращаться не будем. Слишком геморно, поэтому перекусим прямо здесь, — командир махнул рукой и на поляну начали выносить белые скатерти и горячую еду.

— Командир, — неожиданно обратился к нему здоровяк. — У меня есть неоконченное дело с Вяземским. Разрешите разобраться?

Все недоумевая посмотрели на него.

— И что же он такого тебе сделал, что ты хочешь с ним «разобраться»? Я ведь правильно понимаю, что ты хочешь дуэль?

— Именно, — произнёс здоровяк, — он полапал мою девушку и не захотел даже заплатить за это.

В этот момент мне захотелось ударить себя по лбу. Ну какой же идиот. Он девушку расценивает, как товар что ли? Интересно, а ей самой нормально?

— Заплатить? — усмехнулся командир. — А ты сам ей платишь, когда прикасаешься?

Все вокруг стали пытаться спрятать улыбки. Лишь долговязый и черноволосая девушка, второй командир шестёрки, в открытую улыбались.

— Это вас не касается, — резко ответил бугай. — Но он должен ответить за свои действия!

— Не касается? Ладно. Вяземский! — крикнул мне командир. — Тебе есть что сказать господину баронету Архипу Томскому?

Немного подумав, я кивнул и посмотрев в глаза бугаю, произнёс:

— Если ты не хочешь, чтобы её кто-то лапал — не таскай её с собой в разломы. Всё равно она лишь балласт, и ничего толком так и не сделала. Однажды из-за неё или твоей тупости погибнет вся ваша группа.

— Ну всё урод, доигрался, — бросил он, вскакивая с места. Но в этот момент позади него оказался командир.

— Сидеть! — громко приказал он, давя ему на плечо. — Ты что, молокосос, совсем охренел? Все в стражах — друг-друг братья и сестры. Ты хочешь поднять руку на брата по оружию? Сидеть! — вновь прижал он парня, который опять попытался брыкнуться, — хотите сдохнуть из-за своих детских обидок⁈ Все это неважно! Вы теперь стражи! Вы защищаете мир людей! И мне насрать на ваши чувства, я не дам вам сдохнуть из-за тупых разборок!

— Он украл мои кристаллы! — как-то обиженно произнёс здоровяк.

— Слушай, тебе пятнадцать лет что ли? — поморщился командир. — Вадим? — обратился он к долговязому. — Было что-то подобное?

— Никак нет, командир, — тот вытянулся по стойке смирно, отдавая воинское приветствие. — Вяземский сам лично убил двух противников, без чьей-либо помощи, поэтому претендовать на добычу мог только он!