Книга Куница. Том 5, страница 70 – Вадим Оришин

Мужчина был вынужден капитулировать.

— Хорошо, ладно. Представим, я поверил, что ты не просто страдаешь ерундой, а выбрала манеру поведения и следуешь ей…

— Никакой манеры, — прервала Слава. — Я научилась быть собой и получать от жизни удовольствие.

Пётр снова нахмурился.

— В политике и управлении нельзя быть собой.

— Можно, Пётр, можно. Когда ты в шаге от звания высшего мага, а за твоей спиной герой с высшей государственной наградой. Право сильного. Мне теперь много чего можно. И не даже не потому, что я теперь очень наглая и самодовольная. У меня проблемы другого масштаба. Когда вынимаешь пули из кишок, это очень хорошо прочищает мозги.

Слава вздохнула.

— Меня недавно до полусмерти избила Её Императорское Высочество Анастасия.

Глаза Петра округлились.

— Можешь не верить, да и если расскажешь кому — не поверят. Но ты пойми, я не так на всё смотрю. Вот возглавлю я завод. Даже если ты со всеми директорами объединитесь и попытаетесь меня сковырнуть, неважно как. Я просто начну вас убивать одного за другим. Выберу какой-нибудь порядок, или просто выпишу все фамилии и буду выбирать наугад, пальцем вслепую. И ничего вы мне в ответ сделать не сможете. А когда испугаетесь достаточно, сами приползёте и будете умолять о прощении. Поэтому, Пётр, мне не надо во всём этом разбираться. Вы либо работаете на совесть, либо будете работать за страх.

Пётр поправил воротник, будто ему стало не хватать воздуха.

— Всё ещё хочешь, чтобы я лезла в дела завода и разбиралась, что так и как работает? Смотри, я нетерпеливая стала.

— Пожалуй, нет. Управление отлажено и постоянного вмешательства не требует.

— Очень рада, что мы друг друга поняли, — улыбнулась Слава. — Мы же друг друга поняли?

— Разумеется, Славяна.

Удовлетворённая ответом девушка покинула зал. Пётр постоял, глядя на закрывшуюся дверь. Выдохнул.

— Подросла, девочка. Когда я тебя на руках качал маленькую, подумать не мог, что ты сможешь вот так. Наугад.

Пётр вернулся в свой кабинет. Посидел. Достал сигару и закурил. Затем полез в ящик стола и достал бутылку виски. Зазвонил телефон. Пётр не сразу снял трубку, сначала налил себе на пару глотков и, только убрав бутылку, снял рубку.

— Слушаю.

Звонил Григорий. После нескольких ничего не значащих фраз владелец завода спросил:

«Как Слава? Сможет она когда-нибудь потянуть всё это?» — спросил мужчина.

Пётр криво улыбнулся.

— Когда-нибудь? Гриша, девочка меня так осадила, что у меня не только спина, задница взопрела.

Григорий ответил после продолжительной паузы.

«Не понял» — с вопросительными интонациями сказал он.

— Да я тоже пока не понял, было это представление, или она действительно теперь такая. Слава напомнила, что без пяти минут высший маг. И слово «боевой» читалось в интонациях. И рядом с ней Мартен, и боевой, и высший без всяких экивоков. А затем девочка предупредила, что если мы начнём мутить воду, она нас уничтожит.

«Уничтожит?» — уточнил Кудрявцев.

— Казнит одного за другим, убьёт, ликвидирует. И знаешь, я почему-то поверил. Она не угрожала, Гриша. Так что можешь не волноваться о заводе. Занять твоё место она может хоть сегодня. Но лучше бы не надо, мне надо срочно навести порядок в некоторых делах. И вообще, пересмотреть внутреннюю стратегию.

Из трубки донеслось растерянное: «Э-э-э…». Отец Славы не нашёлся что сказать.