Книга Куница. Том 5, страница 23 – Вадим Оришин

— Да. ТАКИХ, — она выделила слово интонацией. — врагов у моей семьи действительно нет. А ритуал позволит вам подтвердить свои догадки?

Князь обозначил кивок.

— Именно так. И потому место для проведения надо выбрать с умом. Есть ещё один желающий отомстить за смерть Павла человек, не связанный с нами напрямую. Кэтино Кочакидзе. Её семья может предоставить нам место для проведения ритуала. Это даст нам преимущество. Мы станем на шаг впереди. Однако ведьма… — Владимир многозначительно прищурился. — Она должна быть либо исключительно верной. Либо…

— Погибнуть после ритуала. Такие секреты… — Ольга кивнула. — Я поняла. Не беспокойтесь, я найду нужного человека.

Остров Кюсю

Январь 1984 года

Куница стоял под тяжёлым ливнем, наблюдая за происходящим. За его спиной высились два бронетранспортёра стволами автопушек и пулемётов, следящих за крестьянами. Солдаты без церемоний выводили людей на улицу и ставили на колени, прямо в размокшую от дождя грязь. Заходили в дома и проводили обыски. И несли в два грузовика с открытыми бортами оружие, автоматы в основном, но и более тяжёлое. Пулемёты, винтовки, ручные гранатомёты.

— Там на глаз уже хватит, чтобы роту снарядить, — дал свою оценку стоящий рядом с Дмитрием Дубров.

— Надо обойти округу, — громко сказал генерал-губернатор, чтобы сквозь шум падающих в грязь капель его было слышно. — Здесь в основном хлам для бандитских вылазок. Чтобы в случае обыска, как сейчас, мы всё это нашли и успокоились. Настоящее оружие спрятано.

— Понял, распоряжусь, — кивнул подполковник.

И отошёл, передавая приказ командирам взводов. Куница продолжал следить за обыском.

— Они всегда такие? — спросил Дмитрий у солдата, стоявшего рядом.

— Какие, Ваша Светлость? — уточнил боец.

— Покорные. Ни криков, ни возмущений. Только матери держаться за своих детей, остальные…

Солдат покивал:

— Да, будто мы им уже обвинение выдвинули, и доказательство преступления предъявили. Да, Ваша Светлость. И у них чуть позже ещё взгляд такой будет. Мол, давайте, забирайте оружие, мы-то останемся.

Дмитрий кивнул на грузовик.

— Этого недостаточно для ареста?

— Да с запасом, Ваша Светлость, — лицо бойца, скрытое под шлемом и балаклавой, скривилось. — Только колониальная прокуратура придерживалась принципов мягкого контроля. Оружие изъять, а этих на общественные работы. Тюрем столько нет, чтобы всё население сажать. А если казнить, то мы получим восстание на Кюсю.

Дмитрий кивнул.

— Понял. Общая логика прошлого руководства колонии мне ясна.

Последнюю группу жителей поставили в грязь к остальным. Подошедший офицер доложил:

— Ваша Светлость, это все. С округи тоже всех собрали, кто на работах был, но их немного, в такой дождь.

— Отличная работа, — кивнул генерал-губернатор. — Подождём, пока обыщут округу.

— Слушаюсь.

Офицер отошёл, а Дмитрий подошёл к крестьянам и начал ходить перед ними, всматриваясь в лица. На троих он остановился, пристально вглядываясь в каждого. Затем обратился ко всем.

— Кто у вас здесь староста? Или старший, или как это у вас называется?

Один из стариков поднял взгляд.

— Это я.

— Обращайся к Его Светлости, как положено! — рявкнул один из солдат.

Дмитрий остановил его.

— Не стоит, сержант. Не трать силы. А ты, — Дмитрий подошёл к старику, — встать.