Книга Куница. Том 4, страница 107 – Вадим Оришин

Владимир сделал паузу, давая всем подумать над его словами, а затем добил:

— А теперь вспомните состояние Димы после смерти Паши.

На лицах присутствующих появилась мрачность. Как смерть Светлова отразилась на Мартене, заметили все.

— Мы нужны не только для того, чтобы сидеть в тылу, — возразила Слава уже без прошлой горячности и с заметным беспокойством.

Владимир кивнул:

— Верно. Дима провернул небольшой самообман. В его мироощущении самые близкие люди — это боевые товарищи. Спросите любого ветерана, он вам скажет то же самое. Никто так не понимает ветерана, как другой ветеран. Семья, жена, дети, родители, никто из них не поймёт, что такое война, каково каждый день ходить под пулями, как это — хоронить товарищей. И он сделал вас своими боевыми товарищами. Только вам всем ещё надо опыта набраться, чтобы встать с ним плечом к плечу.

Князь точно знал, что говорил. Он трёх специалистов привлёк, чтобы разобраться в психологии Мартена и точно понимать, с кем имеет дело. Дмитрий был личностью устойчивой. Даже смерть всех товарищей его не сломит. Обозлит и сделает склонным к радикальным решениям — да, но не сломит. Владимир решил, что адекватный и способный к компромиссам Дима ему нравится куда больше прущего напролом к своей цели Куницы.

Народ задумался. Князь легко мог предположить, что все присутствующие вспоминают моменты общения с Димой и переосмысливают, пользуясь новой информацией. Ожидаемо. А ещё, даже если Владимир ошибся в своей оценке, никто ничего Диме не расскажет, придерживаясь авторитетной версии.

Заработал артефакт, отвлекая всё внимание на себя.

— Очистите место, — потребовал князь.

В общем-то, центр кабинета занимали Слава, и требование было обращено конкретно к ней. Девушка не стала акцентировать на этом моменте внимания, отходя в сторону. Артефакт замерцал, формируя комплекс заклинаний, половина которых отвечала за защиту. Этот разговор князь желал сохранить в тайне, прибегая в достижении цели ко всем доступным возможностям.

Появился прозрачный силуэт Дмитрия. Форма колониальных войск, целая, хотя и местами в грязи. Парень стоял, окружающей обстановки магическая связь не давала. На лице Мартена играла спокойная улыбка.

«Все собрались? — он окинул взглядом кабинет. — Слава, — девушка получила отдельную улыбку, нежную, отчего слегка смутилась. — Господа и дамы. Вайорика не гарантирует долгой и стабильной связи, поэтому сразу к делу. Готовы?»

— Да, Дмитрий, — подтвердил за всех Владимир. — Мы тебя слушаем.

«Мятеж готовили как минимум четыре года, вероятно, дольше. Охват — от южной Африки и полуострова Малой Азии до Тибета. Главные организаторы — спецслужбы Российской Империи и, тайно, Хасаниды».

Волконский вскочил.

— Подожди! Ты уверен?

«Абсолютно. Кто-то в Петрограде позволил колониям завести свою армию и органы самоуправления, фактически создавая готовый государственный аппарат будущего мятежа. Подготовил производства, чтобы у мятежников было оружие для борьбы в долгосрочной перспективе. И внёс некоторую сумятицу в действия колониальных сил, чтобы мятеж не подавили сразу, — уверенно перечислял Дмитрий. — Зачем — выяснять тебе, Владимир. Если в Бородинском клубе…»

— Ничего такого не ожидали, это точно, — кивнул князь. — Но уже пользуются случившимся для усиления своих позиций.