Книга Куница. Том 3, страница 50 – Вадим Оришин

— Не могу дать обещания, что мы с тобой проживём вместе всю жизнь, как она сложится — мне неизвестно. Но пообещать сделать всё, от меня зависящее, чтобы ты была счастлива — это я могу, — добавил я.

И уже через секунду Слава накинулась на меня, уронив на сидение, награждая долгим поцелуем. Затем резко прервалась, огляделась, оценивая обстановку, и хитро улыбнулась, потянувшись к моим брюкам.

— У меня как раз есть время, чтобы вернуть тебе кое-что, — заглянув мне в глаза, сказала довольная Слава, прежде чем погрузить меня в океан наслаждения.

Да, Славяна верно всё оценила, времени нам хватило. Покинув кабинку и отойдя в сторону, мы остановились.

— Ну, что там дальше у тебя заготовлено? — спросила девушка, обхватив мою руку.

— Эм… Я и о том, что уже произошло, не мог и мечтать. Дай мне секунду…

Но Слава, довольнющая, как укравшая крынку сметаны кошка, невинно поинтересовалась:

— А ты не за этим меня на колесо приглашал?

— Этим, — я выделил интонацией слово, — у нас должен был закончиться вечер. И не на колесе обозрения точно.

— А где? — всё с той же наивной невинностью в интонации, но с бесенятами в глазах, и не вербально напрашиваясь на продолжение, спросила Слава.

— Я снял комнату в отеле. Нейтральная территория, чтобы обоим было комфортно…

— Так чего мы ждём?

Хороший вопрос. Перехватил Славу за талию и повёл к машине. Погрузившись на заднее сидение, указал водителю адрес. В этот раз мы просто сидели обнявшись, а не целовались всю дорогу. Но водитель смотрел на нас многозначительно, да. И консьерж в отеле тоже смотрел хитро так, с одобрением.

В комнате Слава сразу от меня улизнула.

— Я первая в душ.

Наивная. Я дал девушке минуту, пока раздевался сам, а затем зашёл сам. Увидев меня, Слава смущённо улыбнулась.

— Да, как-то я не подумала, что так можно. Потрёшь мне спинку?

В душ эту ночь мы ходили ещё трижды.

Москва. Поместье князей Шемякиных.

Май 1983 года

— Построились!

Наблюдая за вялыми попытками парней и нескольких девушек построиться, я морально готовился превозмогать. Конечно, армейской дисциплины ждать и не стоило, в общем-то, но народ построился довольно бодро. Они здесь были не по принуждению, а вполне добровольно, так что с мотивацией всё хорошо. Пока. Через две недели мои подопечные будут готовы проклясть меня, военные игры, весь мир и самих себя, за то, что подписались на участие. Однако пока я видел решительно настроенную молодёжь.

— Отлично, а теперь посмотрите на меня внимательно.

Сам я переоделся в летнюю форму стандартного армейского образца с нагрузкой в виде бронежилета и полного комплекта амуниции, только без оружия и боеприпасов. В неслучившемся будущем я такую форму носил больше, чем всю остальную одежду. Даже выйдя на пик своей силы, продолжал носить простую форму, разве что амуниция изменилась. Сейчас так не принято, маги-дворяне в армии носят форму гвардейского образца, отличающуюся цветами. Не зелёный камуфляж, а чёрно-серый, чтобы выделяться на фоне простых солдат, ну и безродных магов в том числе. Рассветная война отучила выделяться и выделываться. Когда я попал на передовую, все ходили одинаковые, даже знаки различия и званий прятали под тканевые нашивки, типа клапана.

У народа мой вид, естественно, вызывал вопросы. На военных играх большинством команд использовалась форма гвардейского образца, дворяне хотели выглядеть красиво, а гвардейка, помимо цвета, отличалась лучшей выделкой и деталями. Стандартная же была предельно утилитарной, невзрачной. Однако про одежду мы поговорим позже.