Книга Куница. Том 2, страница 67 – Вадим Оришин

Сняли с меня мешок в небольшом помещении, примыкающем к комнате для допросов. Скорее даже к камере с оборудованием для допросов. В камере находился мужчина, молодой, бритый налысо, облачённый в тюремную серую робу. Рядом со мной и Дмитрием находились двое. Мужчина, лет сорок с небольшим, лысеющий, морщинистый. Создаёт впечатление военного офицера, вынужденного носить гражданскую одежду. Смотрит на меня нейтрально, с профессиональным недоверием. С ним женщина чуть за тридцать, тоже военный офицер, заметна выправка. За собой следит, но служба уже оставила на ней первые отпечатки в виде морщинок и прочих мелких дефектов, на которые она не обращает внимания. Стрижка уставная, чёрные волосы в пучке.

— Обойдёмся без приветствий, господин консультант, — заговорил мужчина.

Могу предположить, что именно он является другом тёзки, но полной уверенности нет. То, что Дмитрия сюда пригласили, а не оставили за дверью, говорит за. Но Дмитрий сам может оказаться таким же сторонним консультантом.

Киваю.

— Как скажете. Чем могу быть полезен?

Мужчина кивает на заключённого.

— На этом господине стоит неизвестная нам магия. Что вы можете о ней рассказать?

— Мне потребуется применить несколько заклинаний, — предупреждаю.

Мужчина жестом разрешает. Мне хватило всего лишь поверхностного анализатора, чтобы разобраться, какая магия наложена. Я достаточно хорошо знаю и это заклинание, и сопутствующие ему следы в магическом теле. Посмертное проклятие. Одну из версий этого сложного комплекса заклинаний носил я сам. В этом времени они уже точно известные, но не получили широкого распространения.

— Посмертное проклятие, — озвучиваю свои выводы.

— Мы проверили, — заговорила женщина. — Это заклинание имеет куда более сложную структуру.

Проверили? Как они могли это проверить, кроме попытки его убить? Хм, полагаю, он у них не один такой.

— То, о чём вы говорите — мёртвая рука. Заклинание, срабатывающее со смертью носителя, обращает всю имеющуюся у него энергию во взрывчатку. Я говорю о другой магии. Перед нами комплекс заклинаний, связывающий носителя с иными планами. В нашем случае...

Одно специализированное заклинание мне использовать всё же пришлось.

— С планом тлена. Носитель приносит плану жертвы, чья энергия скапливается на той стороне. Насильственная смерть носителя — активатор заклинания. Вся накопленная энергия применяется для открытия врат на другой план. Чем жирнее будет врата — тем мощнее разрушения последуют за открытием.

Я сам был связан с планов гнева, хотя большинство из тех, кого я знал, использовали план разрушения.

— Насколько... жирными могут быть врата? — спросила женщина.

В том-то вся изюминка, что ограничений практически нет. Именно поэтому наши прощальные подарки были столь мощными, что нас предпочитали не убивать.

— Очень жирными, но жертвы должен приносить он лично, своими руками, посредством ритуала, оставляющего след связи с иным планом.

Намёк был достаточно прозрачным, чтобы меня поняли. Им лучше знать, что мог подготовить их узник.

— Насколько сложно поставить подобное? — спросил мужчина.

— Очень сложно. Требуется устойчивый заклинательный круг. Множество ингредиентов, либо человеческие жертвоприношения. Это сделка с потусторонним планом, и чтобы проклятие было стабильно и твари не пытались убить носителя, как можно быстрее, требуется внушительная предоплата. Для графских родов такое... Слишком дорого и сложно. Это — продукт работы какого-то княжеского клана.