Книга Куница. Том 1, страница 91 – Вадим Оришин

Потому и выходило, что настоящие княжеские семьи таких, как Кирилловы, за равных не считали, пока те не просуществуют хотя бы три — пять поколений. А вчерашние графья и бароны, поднявшиеся из грязи в князи, в прямом смысле, слишком быстро начинали борзеть и относиться ко всем, кто формально ниже их в титуловании, как к той самой грязи под ногами. Не сразу, дети героического родителя были, обычно, ещё адекватны. А вот внуки... Елисей наглядный пример, почти эталонный.

Понимание того, кто передо мной, и побудило отказаться от идеи с дуэлью. В приличном обществе ТАКИХ вызывать на дуэль не принято. Не будет дворянин вызывать на дуэль бездомного с помойки, позволившего себе оскорбительные высказывания. Елисея бесхитростно убьют, так или иначе. Нарвётся он когда-нибудь на человека, который не поленится потратить время и ресурсы. Я этим заниматься не собираюсь.

Когда идиот, наконец, нас покинул, мы втроём вздохнули с некоторым облегчением, хотя чувство, что случайно вступил в какую-то вонючую мерзость, и теперь этот запах тебя преследует, не покидало.

— Давайте... — я чуть поморщился. — Давайте сделаем вид, что ничего не произошло.

Девушки выразили полное искреннее согласие, и Славяна поспешила вернуться к прерванному разговору.

— Так, о чём я говорила? Да, артефакт. Отложим этот вопрос. Не торопись пока с подготовкой, когда придёт время, Ядвига... — Славяна вопросительно посмотрела на польку, и та кивнула. — Тебе сообщит.

На чём мы и разошлись. Именно разошлись, как я и думал, Ядвига не торопилась демонстрировать отношения на публике. В общем-то, этот и следующий день прошли спокойно. Я практически закончил анх, оставались, буквально, последние элементы. Адская работа подходила к концу, что поднимало мне настроение и дарило любовь ко всему миру.

Однако на очередное утро меня внезапно пригласили к директору, прямо у дверей автомобиля встретили ради этого. Что-то я зачастил к Дане.

В коридоре у кабинета торчали двое: мужчины, морды казённые, фигуры штангистов, костюмы одинаковые. Чья-то служба охраны. Меня они увидели, задержали взгляд достаточно, чтобы запомнить лицо и походку. Профессиональная привычка или специально? Становится всё интереснее.

Сопровождающий меня лицейский охранник, которых обычно неслышно и невидно, заходить дальше дверей не стал. Кабинет секретаря прошёл насквозь, постучал и сразу толкнул дверь. Вхожу. Картина маслом, недовольная Дана за своим столом, в гостевых креслах двое. Женщина в костюме, пиджак, юбка-карандаш, и мужчина в форме жандармского управления.

— Дмитрий, — увидев меня, директор стала ещё более недовольной. Но судя по её лицу, она разочарована только тем, что я не убежал в неизвестном направлении, а добросовестно пришёл в кабинет.

— Госпожа директор. Чем могу быть полезен?

Жандарм встал. Высокий, плечистый, только взгляд мне не нравится. Сразу ассоциации нехорошие, будто стоит передо мной какой-то хитрожопый прощелыга.

— Дмитрий. Меня зовут Всеволод Бабушкин, я коллежский асессор уголовного управления московской жандармерии.

Не помню, когда последний раз с жандармами пересекался. Коллежский асессор? Некислый чин у него. И что от меня нужно УгУпу?

— Здравствуйте, господин Бабушкин, — киваю, демонстрируя спокойствие и недоумение.