Книга Сын Палача. Том 3, страница 117 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

Сделать что-либо с этими выводами имперцы не успели. Пара тяжёлых миномётов северян атаковала порт. Обстрел не был плотным, не был метким, многие мины падали в воду. Но из-за уже начавшейся паники и большого количества солдат даже слабый обстрел имел чудовищную эффективность. Солдаты бросились на корабли, прыгали прямо в воду, не потому что на что-то надеялись, а потому что были напуганы и мало соображали. Маги ставили защиту, но подошедшие неуязвимые солдаты, вооружённые, как и паладины, зачарованными пулями, подавляли остатки сопротивления.

Крейсеры не сразу решились открыть огонь, из-за суматохи было совершенно непонятно, что творится на берегу. Затем, когда уже стало ясно, что надо спасать отступающих солдат и офицеров, начали аккуратный обстрел городской черты. Эффект, однако, был обратный от ожидаемого. Солдатам, и без того паникующим, показалось, что обстреливают их, и паника вышла на пик, остатки людей бросились, кто куда, некоторые даже спешили умереть, лишь бы больше не боятся. На одном из транспортных судов начался пожар, неизвестно кем устроенный. Второй получил пробитие, неопасное, но паника погружённых на борт солдат докончила то, что не смогла сделать мина северян.

Орлан, круживший над городом, ждал, пока люди успокоятся, утихнут. Он видел много свежего мяса, но спустившись к крышам, испугался запаха пороха. И всё равно не улетал, слишком много мяса лежало на улицах, много свежего мяса. Требовалось лишь подождать, и другие хищники и падальщики, стягивающиеся на запах крови, орлана не беспокоили. Пир был такой, что хватит всем.

Подобный разгром случился не только в малоизвестном рыбацком городке, что даже не на всех картах был отмечен. Отряды новых солдат новой северной Империи уничтожали подобные маленькие плацдармы, пока основная армия боролась с основными войсками Империи Ларианской. Новые солдаты лишь проходили проверку боем, требовалось выяснить их боевые возможности, прежде чем бросать в мясорубку больших сражений. На своей территории в некрупных столкновениях была возможность сохранить новых солдат, и речь шла не о потерях. Командирам давался чёткий приказ: не допустить попадания безмолвных в руки имперцев. Любой ценой. И офицеры приказу следовали неукоснительно, с этим пока не было затруднений. Имперцы ещё не понимали, с чем столкнулись. Преимущество первого удара новыми подразделениями сохранялось за северянами.

Маховик войны продолжал набирать обороты.

Меня неплохо покормили, даже выдали сносную одежду. Конечно, с оглядкой на оковы, но сносную. Приходил паладин, из еретиков, проверял оковы и очень многозначительно на меня смотрел. Мы оба знали, что это меня не удержит на долго. Паладин делал вид, что не замечает, как я ломаю наручники. Я делал вид, что не понимаю, что он понимает. Так и расстались, довольные друг другом.

Мне дали время подумать. На первый взгляд — совершенно безумная затея. Превращать людей в гомункулов, чтобы построить новый лучший мир. Звучит отвратительно. Вот только Цепная знала, что мне показывать, знала, как вселить сомнения.

У них получилось. Если гомункул будет стабилен и управляем, это будет… Будет. Что-то. Не знаю, не могу оценить. Я этих тварей в бою не видел, а по той, что видел, сложно судить. Одно точно — безмолвные посильнее людей. Насколько живучи? Насколько сопротивляются магии? И действительно ли их можно создавать в настолько больших количествах? По всему выходило, что можно. Снисхождение, продемонстрированное Цепной, могло быть обманом? Могло.