Книга Сын палача. Том 2, страница 38 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

Послушная, податливая ночная гостья переступила его ноги, встав к нему спиной, давая вдоволь насладиться видом, тонкой талией, которую можно было обхватить двумя руками, широкими бедрами, чьи изгибы будоражили взгляд особенно при бликах свечи, и подтянутыми ягодицами, на которые Келдрин всегда обращает внимание, даже когда женщина перед ним находится в одежде. Выждав положенные мгновения, когда патриарх рода Эвверан уже хотел и начинал действовать, она грациозно наклонилась вперед, вызвав у немолодого мужчины непроизвольный прерывистый вздох. И лишь после села ему на колени.

Только с ней он чувствовал себя мальчишкой, который впервые прикоснулся к желанной женщине.

— Я только твоя, милый, — ласково хрипловатым от сдерживаемых эмоций голосом шептала она.

А его губы уже покрывали горячую кожу поцелуями. Он утопал в страсти, топил в ней все страхи, всю боль, все заботы. Он утопал в ней, как в вине, забывался, наслаждаясь этими минутами. Наслаждался, не имея возможности насытиться тем, чего был лишен всю свою жизнь.

Женщина встала и развернулась, хотела вновь вернуться к нему на колени, но Келдрин вскочил сам. Не грубо, но уверенно он толкнул ее на стол, походя сбивая в сторону свечу. На кабинет опустилась тьма, но она не мешала, наоборот. Темнота не скрывала опьяненные чувства, но обволакивала спокойствием тайны.

— Да! — зашептала женщина. — Да! Сделай меня своей!

О таком его не нужно было просить дважды. Страсть двух горячих тел вышла на свой пик.

— Любимая! — шептал мужчина, прижимая ее к себе, ощущая тепло ее тела в своих руках.

Вся его жизнь сузилась до этого обжигающего тепла. Не было ничего, кроме нежности ее кожи, кроме жара слов, что она шептала ему на ухо, кроме приглушенных стонов удовольствия и экстаза.

— Нола! Я люблю тебя, Нола! — говорил он, подтверждая слова порывистыми движениями.

На лице женщины играла искренняя улыбка счастья и радости.

Она была счастлива. Счастлива от этой связи, ежедневной, скрытой покровом обмана, который лишь сильнее разжигал чувства к мужчине. Счастлива от биения новой жизни в глубине ее тела. Счастлива от надежды занять законное место подле своего возлюбленного.

Страсть утихнет. Она сама уберет все следы. Скроет улики. Вернет на стол свечу и вновь зажжет ее. Все это не важно. Главное — ее любимый сегодня не вернется в кровать своей жены.

Тяжелая дорога домой. Так я бы охарактеризовал наше путешествие.

Заканчивался первый день пути, Рада ускакала вперед, присматривать место для стоянки. С утра мы не обменялись еще и парой слов. Девушка старалась находиться где угодно, лишь бы не оставаться со мной наедине. Оррису я тоже не видел с того момента, как она села в закрытую карету. Женщина оттуда больше не выходила, даже в окно не смотрела, казалось, что ее в внутри и не было вовсе.

Когда-то очень давно, в другой жизни, еще до войны, я очень не любил такой способ отдыха, как долгие конные прогулки, которые пользовались популярностью среди молодых дворян королевства. Например, съездить к родственникам на другой край государства или, что бывало чаще, путешествие с целью посетить какой-нибудь торговый город, где к тому времени должен прийти крупный караван откуда-нибудь с чем-нибудь необычным.

Долго, пыльно, да еще и совершенно бестолково. Понимаю, что это форма отдыха от обязанностей, обучения, да и просто желание побыть подальше от шумной столицы и посмотреть на жизнь в других городах, которые хоть и немного, но все же отличаются от столицы.