Книга Палач желаний, страница 138 – Александр Лобанов

Хотя «ритуал» — довольно громкое название для происходящего. Это было нечто вроде обряда призыва, только для вещи. По крайней мере, нарисованный на полу мелом знак относился к магии призыва. Глаголу пришлось проявить фантазию, чтобы суметь подобрать ключик к возможности найти драгоценность: он решил провести поиск сквозь время, привязавшись к Вере не столько в саму Комнату, сколько в то, что было с ней связано.

Для начала чертежи Иоганна Фридриха Эозандера фон Гёте — того, кто разработал план изначальной Комнаты. Найти оригиналы не удалось, поэтому Глаголу пришлось довольствоваться другими документами Гёте, но зато с подленной подписью мастера. Хотя где он их достал, всё равно занимательно. Они расположились в первом углу.

— Тогда почему было не взять больше людей? — наконец не выдержала Нейтрон, которая сейчас находилась в соседней комнате вместе с другими членами группы Оркестра. Они громыхали в своей громоздкой броне, проверяя оборудование.

Заколка датчанина Готфрида Вольфрама, того, кто начал создание комнаты. Именно её так нагло выкрал Глагол у Жнецов Веры. Она заняла второй угол.

— Потому что в этом помещении я могу доверять лишь двоим, — не отрываясь от подготовки к ритуалу, заговорил Глагол. — Один из них Несуществующий — благодаря ему я вообще пригласил Критиков, и, в частности, мисс Спектр. И Оркестр, поэтому здесь он со своей командой. Большее количество народа я буду расценивать как угрозу и разорву сделку.

— Именно поэтому всем остальным оставаться на внешней стене замка и по периметру, — не преминула припечатать мисс Спектр.

Я поёжился. Сомнительная честь. Вот как-то совсем не хочется радоваться. Тем более что в каменном мешке подвала было холодно, темно, несмотря на фонари, и неуютно, пусть нас и присутствовало трое: я, Глагол и мисс Спектр. Однако, раз я дал слово, то требовалось его держать и участвовать в ритуале. Я сидел в углу, слушал, как в отдалении мерно капает вода, и старался не маячить, дабы своим иммунитетом не запороть процесс.

Инструменты, которыми работали данцигские мастера Эрнст Шахт и Готфрид Турау, когда заканчивали создавать Янтарную комнату в 1711 году. Глаголу не удалось найти ничего, что принадлежало бы этим мастерам — это стало одной из причин обращения к Критикам, и они предоставили эту часть пазла. Это для третьего угла.

— Тогда, может, скажешь, чем тебе так приглянулся я? — всё же не выдержал, решившись удовлетворить своё любопытство, всё равно уже увольняюсь. — В последнюю нашу встречу ты оставил меня подыхать, чуть не уничтожив мой мир.

Фрагмент парадного одеяния Фридриха Вильгельма I, который некогда и преподнёс Российской Империи данный дар. Этот элемент Критики достали через свои каналы. Он занял место в четвёртом углу.

— Ты был прав, я нет, — с явной неохотой признал Глагол. Тут из ворота пальто Глагола сплелась голова киберзмейки и подбадривающе лизнула здоровяка в щёку. Тот на миг задумался, а затем, погладив питомицу, решился на пояснение: — Я не имел права покушаться на твой мир. Даже ради Брауни. Все жизни, созданные Верой, священны. Ты это помнил и не пожалел себя, защищая их. Я ошибся и поступил как некогда мисс Спектр. Критики изменились. Стали лучше. Возможно, это шанс.

Личные вещи Петра I, кто и принял в дар комнату. Их выделил музей Питера по приказу правительства, и они заняли место в пятом углу.