Книга Охотник на творцов, страница 148 – Александр Лобанов

— Смертный. Ты жалок. Я разгадал твой план, — взревел молодой Бог. — Ты хочешь, чтобы я в порыве алчности загадал тебе, как второму воплощению джинна, сделать себя сильнейшим, и ты превратишь меня в джинна. Старый трюк. Он не пройдёт.

Я лишь заржал, выражая отношение к подобному предположению. Если честно, то я не чувствовал в себе сил джинна, ни возможности создавать иллюзии, ни предсказания будущего, ни исполнения желания. Неужели Брут все передал Марии?

При этом я прикидывал дальнейшие планы. Заболтать Бога надолго я не сумею. Отвести к судье из крематория или феромонщику? Нет. У них не хватит сил усмирить Бога. Тогда что? Что может остановить Бога?

Хотя… может сыграть на том, что он Бог? Пусть его победит его же сила и желания. Его Вера.

— Повторюсь, я не хочу мериться силой. Да, и хитростью тоже. У меня к тебе вопрос, молодой Бог, — я в подтверждение своих слов о миролюбии сел на один из обломков. — Ты уже достаточно силён, чтобы заглянуть за границы нашего мира?

— Я всеведущ! В данный момент я познаю все тайны мироздания. Все тайное и скрытое! — гордо засиял Напалков, от чего мне даже пришлось прикрыть глаза.

— Отлично! Просто интересно, какая из религий всё же права? Или ты был прав, как адепт «Последней книги»? Ты видишь связывающие нас нити истории? Видишь сквозь значки букв, слов и предложений тех уважаемых читателей, которые наблюдают за нами? Ты видишь наших властителей, оживляющих нас своей Верой?

Вот тут Бог завис. И мне в очередной раз стало не по себе, ибо я увидел, как взгляд Бога устремляется в такие дали, какие я даже не мог вообразить. Да и не хотел, если честно.

То, во что мы Верим, даёт нам не только силу вставать изо дня в день, но и слабость. И глядя на Бога, я теперь точно знаю, моя Вера жива! И знаю, во что я Верю и ради чего живу: ради моментов, когда чувствую, что самый обычный человек способен на невозможное и не при помощи Веры, а своими собственными силами. Человек может всё.

А затем Напалков начал вещать:

— Я их вижу, — голос бога дрожал. Но я не мог понять, от чего? А он говорил: — Я вижу тех, кто наблюдает за нашим миром. Тех, кто прямо сейчас смотрит на нас с усмешкой, с равнодушием, с брезгливостью, с интересом, с… все они разные. И все наблюдают за нами со снисхождением. Для них мы лишь игрушки, предназначенные для развлечения, максимум поучения. Мы лишь миг в их воспоминаниях и жизнях.

— Даже Боги вроде тебя? — почти с искренним интересом уточнил я.

— Они ждут, каким образом ты сумеешь меня перехитрить и победить, — почти выплюнул слова настоятель. — Для них моя сила ничего не значит. Мы по ту сторону строк. Мы заперты среди решётки слов. Каждая буква — первооснова нашей жизни.

Над краем крыши, за спиной Бога, показалось небольшое птичье тело. Перья были встопорщены и с нескольких мест на теле капала кровь, но Феникс всё так же сиял оттенками стихий. И он готовился атаковать вновь.

— Ни к чему, — я лишь покачал головой и поманил птицу к себе. И чем ближе она подлетала, тем слабее становилась магическая аура феникса. Мне на плечо приземлился уже просто белый ворон. И вновь перевёл внимание на бога: — И у меня есть шанс тебя победить? Полагаю, уважаемые читатели за меня, моё им почтение?

— НЕТ! — взревел человек внутри Бога. — Я не дам это сделать! Я уйду из этого мира! Во мне Вера Бога, и я сумею вырваться… Я сумею сам стать творцом!