Книга Проект «Близнец». Том 3, страница 51 – Андрей Ткачев, Евгений Пожидаев

Но я уже не стою там, где был миг назад. Автомат продолжает выплевывать пули. Отвожу клинок для взмаха и… Обломов резко разворачивается, куда быстрее, чем я рассчитывал.

Рефлекторно выставляю перед собой автомат для защиты. Плазменный клинок проходит через оружие, точно нож по маслу. Но только для того, чтобы встретиться с «Когтем дракона».

Ловко парирую. Однако Обломов бьет с такой силой, что я скольжу по бетону назад. И это притом, что из подошв ПАДа торчат стальные шипы.

Благо кинетический стабилизатор за позвоночником отрабатывает на все сто, и я сохраняю равновесие. Заодно узнаю, что мой противник двуударник — не просто маг огня, а еще и «физик».

Понятное дело, что аспект огня скрыть от всех едва ли возможно, а вот дар «физика» — запросто. Это объясняет, почему в досье ни слова про второй дар.

У моего автомата теперь видны «внутренности». Контуры в месте среза накаленные практически добела. С клинком дело обстоит лучше, после столкновения с плазмой на нем лишь небольшая щербинка и черный нагар. Вот что значит качественная сталь для элитного холодного оружия.

Отбрасываю кусок автомата в сторону. Перехватываю меч в обе руки. Обломов, выпустив пламя из подошв, уже несется навстречу.

Он делает выпад — плазменный клинок прорезает воздух с шипящим воем. Корпус «Метаморфа» мгновенно перераспределяет мой вес.

Играючи ухожу в сторону. Усилители в ногах ПАДа позволяют сделать это быстро, как никогда. Удар приходится по моему мечу лишь по касательной.

Резкий шаг вперед, за спину противнику. Сервоприводы в ногах рычат, практически выбрасывая меня. Направляю клинок — очередь быстрых тычков. Обломов молниеносно блокирует, контратакует.

В воздухе смешивается блеск стали и огненные разводы, что оставляет после себя его плазменный меч. Мы обмениваемся ударами, пытаемся понять тактику и технику друг друга.

Хочется использовать магию, но нельзя. Активная магическая защита сейчас гораздо важнее, и это понимаю не только я.

Тем не менее, иногда Обломов выпускает сноп искр, чтобы меня ослепить. Воздух трещит от статики, искажаясь в потоках огня. Но оптика «Метаморфа» справляется с нагрузкой и выводит перед глазами «чистую картинку».

— Господин, они прижимают. Мы вынуждены отступить, — докладывает боец из моего отряда.

Ответить возможности нет: Обломов идет в контратаку.

— Держитесь! Мы уже почти на месте! — звучит по каналу бодрый голос Широтина, а на фоне слышится рев мотора «Шестиколесника».

— Скоро будем! — докладывает через несколько секунд Федотов. — Только давайте без героизма! Алексей Федорович, как вы⁈

Отбиваю очередной выпад Игната. Его меч уходит в сторону, оставляя после себя дрожащий шлейф ионизированного воздуха. Вдыхаю поглубже и говорю быстро, чтобы не сбилось дыхание:

— Бьюсь с Обломовым. Все под контролем.

Игнат ускоряется за счет реактивной тяги и с разгону направляет на меня меч. Парирую — веер искр бьет в сторону. Едва не заваливаюсь назад, но стабилизаторы и усилители помогают сохранить равновесие.

Обломов тем временем проносится мимо и ввысь. Он резко разворачивается, резво пикирует обратно. Не то чтобы Игнат сильнее меня, но ПАД у него, действительно, серьезный. Уже не говорю про то, что на базе проекта нас просто не учили сражаться с летучими противниками.