Книга Сильнейший ученик. Том 3, страница 111 – Андрей Ткачев

— Давай, — обрадовался я смене разговора.

Для меня вообще тема с моими наставниками была не самой простой. Моя мама хоть и считается простолюдинкой, но всё же является изгнанной из клана, а это сказывалось на воспитании меня и сестры. Папа-то всё работал в своей фирме, так что, как я понимаю, нас с детства учили всему тому, чему учат и в кланах. Разумеется, с учётом того, что происходило это не в кланах, и нельзя было отправиться с нами на тот же полигон, да и сама мама не была таким уж идеальным учителем и обучала нас только тому, что сама понимала.

Возможно, из-за этого у меня и сложилось довольно своеобразное отношение к боевым искусствам. Сложно относиться к тому, чем остальные живут, когда это вообще всегда было в твоей жизни. Такие, как Кесо, стремятся изучением боевых искусств достичь высот, заслужить признание, для меня же всё это было пусть и несколько утрированно с ведением домашних дел.

Да, от меня часто отказывались учителя, которых приглашала мама, считая меня не способным к боевым искусствам, но ведь сами занятия мама никогда не отменяла, и там, где я не схватывал на лету, я просто повторял из раза в раз, пока не получалось хоть что-то.

В общем, когда от тебя столько раз отказываются, то, что тебя кто-то признал, здорово бьёт по восприятию и критическое мышление явно оказывается где-то за бортом. Это я сейчас понимаю, что иметь столько наставников на одного человека — это как-то слишком, но тогда я был просто рад, что кто-то не отказался от меня. Да и сами наставники как-то распределяют между собой занятия со мной, так что всё это складывается в какую-то систему. По крайней мере, они учитывают моё состояние после тренировок у одного из них, чтобы корректировать собственные занятия.

До своей «смерти» я подобное воспринимал вполне обыденно. Тренировкам на износ я никогда не был чужд, а то, что они стали серьёзней, ну так и у меня появились учителя, которые хотели, чтобы я подтянул навыки до приемлемого, на их взгляд, уровня.

Это уже после обретения второй части себя я начал понимать, что тут явно что-то не так. Тренировки у мастеров были действительно опасны, и чаще всего меня спасала не моя реакция или умения, а наличие рядом мастеров Райлина и Хоронара, которые поднимали меня на ноги, несмотря на моё состояние. Немного помогала доставшаяся по наследству от мамы регенерация, но и она не справится со всем. По крайней мере, ей необходимо время, чтобы привести организм в порядок, а некоторые травмы бывают настолько серьёзными, что даже она не сможет помочь до того, как станет слишком поздно.

И вот тут получается, что вроде как я воспринимал своих наставников как обычных людей, пусть и несколько необычных по своему поведению, а тут восприятие меняется, и ты понимаешь, насколько всё это ненормально. Поэтому приходилось скрывать своё понимание происходящего и вести себя как раньше. Не хотелось, чтобы после моей «смерти» наставники что-то заподозрили и...

А вот что дальше — я не знал, и эта неизвестность меня пугала. Так что проще было быть при всех собой прежним, но всё же смотреть на мир уже другими глазами. Там, где я, действительно, если захотел бы, смог победить Кесо и выйти на соревнования как представитель от нашей школы и региона.