Книга Сильнейший ученик. Том 1, страница 61 – Андрей Ткачев

Возвращались домой мы всё так же под музыку папы, и он как ни в чём не бывало напевал свою любые треки.

Я же в это время думал больше о том, насколько вообще специально папа продемонстрировал свои возможности. После первого результата стрельбы и первых попаданий по человеческому силуэту, где он демонстрировал слишком уж хорошие навыки для обычного юриста, он начинал исправно мазать. Мне подстраивать свои результаты было сложнее, но вроде тоже получалось, хоть и выглядели со стороны мои потуги, скорее всего, забавно.

Вот только всё это не отменяло того, что чего-то о своём папе я не знаю, впрочем, как теперь он понял, и он обо мне. Сомневаюсь, что мастера делятся с моими родителями моими успехами, но у меня хотя бы есть официальное обоснование этих навыков. А вот папа… да-а-а.

И как вот это всё теперь учитывать в моём мировоззрении? Задал всё же задачку дорогой папа. Да и главное — перед мамой его случайно не сдать, а то ведь оба получим.

Рука у мамы тяжёлая, когда надо, да.

Приехали мы домой уже ближе к вечеру. Мамы и Самины не было дома, так как женская часть воспользовалась нашим отсутствием, и сама решила прогуляться отдохнуть. Задаваться вопросом, куда они пойдут, я, разумеется, не стал, а то с сестрёнки бы хватило запала начать всё объяснять с подробностями и деталями, которые мне точно ни к чему.

В итоге, вернувшись, мы спустились в папин рабочий кабинет и начали заниматься чисткой оружия, чтобы отправить его потом в шкаф на хранение.

Ну а дальше папа сам делился впечатлениями от стрельбы из всего этого разнообразного оружия и из-за того, что он порой на полном серьёзе говорил откровенную ерунду, маме было очень весело. Возможно, из-за этого она и не задавалась вопросами, а как именно мы постреляли, да и папа все мишени утилизировал, чтобы доказательств этого не было.

* * *

Уроки идут своим чередом, но вот то, что тренировок мне добавилось, было сложно отрицать. Хуже всего было то, что Кесо был моим одноклассником, и сбежать с клубных занятий под благовидным предлогом просто не получалось. Не то чтобы я к этому стремился, но порой так хотелось дать слабину и просто не пойти туда.

Единственным изменением во всём этом стало то, что меня поставили спарринг-партнёром против одного из членов клуба. Предварительно нас обоих заставили напялить всю необходимую защиту и дополнительную на меня, чтобы выделенный мне одноклубовец мог отрабатывать свои удары. Допускать здесь травм никто не хотел, так что теперь я мог блокировать большинство ударов, просто подставляя защиту.

После всех испытаний от мастеров моего додзё, удары членов клуба, да ещё и принимаемые на защиту были как-то… слабы. И ведь не скажешь, что парни и девушки, которые выходили против меня для отработки ударов, сильно сдерживались. Скорее, наоборот, работали они в полный контакт и пытались как можно лучше поставить свой удар.

Хорошо ещё, что за время моих тренировок здесь, я хорошо насмотрелся, чему они обучаются, и мог подсказать, где и что каждый делает неправильно. Никогда бы не подумал, что научусь подмечать такие вещи, но во многих действиях ребят были огрехи, которые нарушали… ритм. Да, наверное, можно сказать и так. Похоже, уроки мастера Хоронара не прошли даром, и я отчасти сам того не замечая, проникся применяемой им терминологией.