Книга Кузнец. Том 4, страница 100 – Андрей Ткачев, Евгений Пожидаев

И самое интересное — это я еще не говорил о документах и записях, которые были железобетонным доказательством того, что в лаборатории проводили эксперименты над людьми.

Казанцев и Черепанов не раз получали от меня или Геннадия намеки, однако они тоже помалкивали об этом, ведь прекрасно понимали возможные последствия. Да и потом, Альберт Альбертович не был до конца уверен в том, а действительно ли у меня есть прямые доказательства или только косвенные. Почему-то он думал, что я мог не успеть собрать бумаги до того, как их уничтожат. Глупо с его стороны.

Как итог — Черепанова лишили титула и отправили под домашний арест. Казанцев же избежал тюрьмы, но теперь был обязан выплатить моему роду огромную компенсацию, в том числе и за неудавшееся нападение наемников.

Звонок от Арбалета не заставил себя долго ждать.

— Здравствуйте, Роман Иванович, — через силу проговорил он, точно нашкодивший школьник перед суровым директором. — Нам нужно встретиться лично, это не телефонный разговор. Мне есть, что вам предложить и уладить наше небольшое недопонимание.

Геннадий в этот момент сидел рядом на диване и лишь довольно хмыкнул.

— Я пришлю время и место встречи. До свидания, — сказал я и сбросил звонок, — а затем посмотрел на старшего брата, — Прижали его и вот он, заговорил, как шелковый.

— Не считаешь, что он что-то задумал? — спросил Гена, перетаскивая на планшете пальцем овощи для своего виртуального поросенка.

— Арбалет и задумал?

— Ну да, ерунду ляпнул, — усмехнулся брат.

* * *

Мы встретились с Олегом Владимировичем Казанцевым в таком месте, где нас точно никто не увидит и не подслушает. Самое место и всю остальную подготовку взял на себя Илья, но Арбалету знать об этом необязательно, ведь это не главное. Кроме того, чисто на всякий случай я пришел сюда не один, а в сопровождении Тени и нескольких его лучших бойцов.

— Я предлагаю сделку, — после формального приветствия Казанцев сразу перешел к делу и обозначил свою цель.

— Это интересно, — согласился я. — Но что это даст мне?

— Я готов выдать всех, кто участвовал в заговоре против вашего рода. А взамен вы не добьете мой род экономически. Я согласен, что в этой партии мой род проиграл, но не хочу, чтобы он был уничтожен.

— Соглашусь, если вы выполните мои условия. Во-первых, публичное извинение, во-вторых, полный отказ от всех претензий… — я подумал и добавил: — А еще ваш лучший арбалет станет моим.

— Я согласен, — не раздумывая и секунды, согласился Казанцев.

* * *

Казанцев выполнил условие. Сейчас я стоял в тире вместе с Вороном. Капитан гвардии показывал мне новый дорогостоящий арбалет и объяснял все его преимущества. Я, конечно, слушал и с интересом наблюдал за стрельбой, но довольную улыбку на моем лице вызвал вовсе не арбалет.

После того, как Казанцев выполнил условия, их союз с Черепановым и остальными развалился сам собой. Просто взорвался, как бочка с динамитом. Щегловым после смерти Василия Юрьевича, ничего не оставалось, кроме как объявить о нейтралитете — это они и сделали, что тоже негативно сказалось на делах Казанцева и Черепанова.

Кроме того, после всего случившегося экономическая блокада моего рода больше не могла существовать. Причем прежние контракты и соглашения вернулись с такой скоростью, будто, оказавшиеся под давлением влиятельных благородных, купцы, только и ждали, когда уже наконец никто не будет вмешиваться в их деятельность.