Книга Дворянство. Том IV, страница 80 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

Девиантка проявила сдержанность. Молча всё выслушала и лишь после короткого вопроса я позволил ей высказать всё, что накопилось на душе.

Она… мечтала встретить его и остальных, чтобы каждому свернуть шею. И я понимал почему. Её бросили там, в бункере и попросту про неё забыли.

Отправили на убой, понимая, что она может и не вернуться. Я попытался Аню чуть успокоить, но быстро понял, что любые слова, которые я ей скажу, прямо сейчас бессмысленны. И мне пришлось терпеливо ждать. Долго ждать, пока Аня не наговорится.

— Успокоилась? — спросил я, спустя десять минут словесной неостановимой реки. — Ань, ты же понимаешь, сейчас…

— Я ничего не сделаю, — перебила она меня. — Да, прекрасно понимаю. Но из-за того, что он теперь…

— Под защитой гильдии, — закончил я за неё, — мы ничего не можем ему сделать. А ещё… он теперь участвует в расследовании тех самых убийств наёмников. Лаане под его контролем.

На последней моей фразе начался ожесточённый спор. Я уже не первый раз за всё время, как Аня у меня живёт и как мы возвращались к разговору про Альфу, говорил о его способностях. Он контролировал народ и делал это весьма искусно.

Я видел его силу и был прав.

— А если он и тебя околдовал? — неожиданно подключился к нашей беседе Кактус. — А, Ярик? Вдруг на самом деле с нами говорит не Ярослав, которого я знал, а жалкий прихвостень какого-то там девианта?

Сначала я просто взял его за шкирку и убрал с колен. Затем, правда, добавил, что прекрасно различил биение его сердца, как и сердце Лаане. А это означало только одно: я сильнее любого из них.

Но этого было мало. Кактус в привычной манере своей натуры, несколько раз попытался акцентировать внимание на силе Альберта. Несколько раз подозрительно пялясь на меня, говорил о том, что я как-то изменился. Так сказать, закинул дровишек в разгорающийся костёр.

И тут уже было крайне сложно доказать обратное. За что Кактус поплатился ушами, по которым я не один раз щёлкнул, после очередного обвинения в мой адрес.

А затем Аня резко сменила тему. И я сам того не понимая, подписался на план мести. Её мести.

Она желала смерти каждому члену группы. Точнее, всем, кроме Альфы. А вот с тем она сначала пообщается, а затем убьёт. Но мне было достаточно посмотреть в её сторону, чтобы понять её слабость.

Она и была этой слабостью. По сравнению со мной, увы, у девушки не было шансов. И я сам согласился на то, что мне не нравилось.

Спускаясь по лестнице с крыши, я пропустил в квартиру сначала кота, а затем и Аню, когда на этаже ниже послышался кашель. Прикрыв дверь перед тем, как сообщить, что я сейчас приду, я повернулся к лестничной клетке, замер, задерживая дыхание, и когда кашель повторился, начал медленно спускаться.

Не знаю почему, но кашель казался… как будто он был не болезнью, а кто-то пытался привлечь моё внимание. Вскоре я понял, что был прав.

На этаже, ниже моего, сидела Анжела. Улыбалась, да и, в целом, сияла как новогодняя ёлка. Её сила пульсировала, но несильно.

— Ты что здесь забыла? — удивился я. — Вроде твоя общага в другом месте.

— Да вот, узнала, что наше задание передали другим девиантам, — ухмыльнулась она. — Я так понимаю, никакой информации ты им не дал?

— Нет, — я покачал головой и сел на ступеньку рядом с ней. — Фига с два они что у меня получат.