Книга Дворянство. Том IV, страница 34 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

— Думаю, ты можешь доставить мне массу хлопот, если нападёшь на меня, девиант, — сухо продолжил он, не двинувшись с места. — Может, даже сможешь убить меня, но стоит ли оно того?

Я медленно повернулся, чтобы увидеть, как он улыбается. Покачивается на пятках, словно вот-вот готов сорваться вниз.

— Давно вы знаете… — начал было я, но тут же прикрыл рот. — Концентрат принадлежал вам?

— Да, мне, — кивнул старик. — Я дал образец Виктории Соболевой, пси-волшебнице, которую ты убил. А она, дура, отдала его «Серебряному древу» в надежде, что те поделятся экстрактом дикого симбионта, что ей был нужнее для её изысканий.

— Эти две организации знают друг о друге? — догадался я, на что тот лишь кивнул. — Тогда почему они напали друг на друга?

— Сначала, Ярослав, — старик повернулся ко мне и сухо продолжил: — ответь на мой вопрос, а потом уже поговорим.

— Дал, — кивнул я. — Способность жнеца или что-то близкое к этому. Сами понимаете, по ним не так много информации, чтобы говорить об этом однозначно.

— Восхитительно! — радостно воскликнул Жожоба. — Никогда бы не подумал, что такая способность вообще может проявиться вне эксперимента!

И после этих слов он указал на скамью, где мы провели не один час, беседуя о том, что происходит вокруг мира носителей.

Он поведал мне всю суть этих двух людских организаций, которые, как уверял он, организовали боги. Наши боги. Первый экземпляр носителя симбионта магического типа и первый мутант. А для чего? А ради того, чтобы посмотреть, что из этого выйдет.

И как показала практика, люди оказались весьма смышлёными и способными, но весьма медленными.

А вот насчёт «Серебряных» он меня удивил.

Они знают друг о друге с самого основания. Между ними есть договор — не мешать друг другу, который придерживался до события месячной давности. Тогда «Корни» решились на отчаянный шаг, уничтожив одного из ведущих лидеров чужой организации.

Они захватили образец, который делался больше пяти лет, и использовали его в своих, разумеется, выгодных только им, целях.

— Более того, — продолжил Жожоба. — Дикий, которого они сделали из обычного человека, способнее любого другого типичного дикого. Он умён, способен, я бы даже назвал его девиантом. Только несколько странным.

— Почему?

— В нем есть базовые телепатические навыки. Прознать ложь, увидеть смертельно больного человека… — он замолк на миг, словно вспоминая, что он забыл сказать. — Ах да. Ещё он проживёт так же долго, как любой другой носитель.

— Откуда вы это знаете?

— Я и дал намёк Валерии, что у их оппонентов по «уму» получилось то, что они так долго пытались получить. Сам же видел, какие хилые дикие из людей вышли! Мерзость да и только!

— Видел, — согласился я. — Но вам это зачем? Не понимаю… там же столько наших погибло…

— Скучно, — старик пожал плечами. — Когда-нибудь ты дойдёшь и до моего уровня. Когда поймёшь, что нет тебе дела до гонки в гильдиях, соревнований между магами, создания ферм и прочего. Когда поймёшь, что ты на грани бессмертия и… эта вечность может выдаться очень скучной. Так, думают и наши боги.

— Откуда вы знаете, что я девиант? — всё же спросил я, когда после его слов, воцарилась тишина.

— Я выше обычного мутанта. Выше Альфы стаи, и… скорее всего, на данном этапе, сильнейший мутант в истории. Не считая, разумеется, бога, — говоря это, он не показал ни единой эмоции. — У меня есть способность лидера для носителей симбионтов. Сильнейшего, если так тебе будет понятнее. Это просто инстинкты.