Книга Дворянство. Том III, страница 74 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

Интересно, если я попытаюсь напитаться из его запасов. Это будет заметно со стороны?

Делать этого я, конечно, не стал. Посмотрел, как выносили тело дикой, на которую ставил мой необычный знакомый. Мысленно поблагодарил судьбы за смекалку моего чемпиона, который притворился ослабленным, чтобы одним ударом убить противника, и молча пошёл за стариком.

Разговор нас ждал крайне тяжёлый. Пусть я и выиграл, но это ещё не было решением всех проблем.

Кабинет Владимира Петровича представлял собой хоть и маленькое помещение, но весьма роскошное, с любой точки зрения. Под ногами лежал огромный, персидский ковёр, и всё вокруг было сделано из красного дуба со вставками из золота. На вид, по крайней мере, это было золото.

Лосеву в кабинет, он не пригласил, оставив ждать за дверью, а сам, сел за стол и жестом пригласил расположиться напротив.

Разговор, как я и предполагал, оказался тяжёлым. Ибо невозможно что-то доказать человеку, который не хочет, чтобы ему «что-то» доказывали.

Начал с фактов. Опять же, фотография и короткий отчёт того, что видел собственными глазами. Нюанс был лишь в том, что все дикие, которых хранят для боя, подсчитаны. Никто не может покинуть территорию без ведома «руководителя».

— Более того, за местом, где содержат их, тщательно следят, — закончил старик.

— Но фактически мы же видим, что на диких есть ваша метка! Метка вашего клуба! — не унимался я. — Как такое возможно? Сомневаюсь, что вы разрешите её так легко подделать, иначе бы вообще не ставили такой опознавательный знак на своих диких.

— Это ты мне должен рассказать, — ухмыльнулся мутант. — У тебя есть тела диких, которых специально заклеймили так, как это делаю я. Получается, у нас есть крыса, которая пытается меня подставить. И мне это очень не нравится.

Об этом я и сам подумал. Но что-то подсказывало мне, что старик обманывает. Хоть, я и не видел над его головой никакого сияния. Более того, у меня появилась кое-какая теория насчёт моих способностей. Могу ли я чувствовать враньё существа, которое в разы сильнее меня? Особенно, когда мой собеседник может себя хорошо контролировать, ведь до сих пор непонятно, каким образом мой организм вообще всё это интерпретирует как враньё.

— Чего замолк? — старик начал копаться в ящике своего стола. — Ярослав, что думаешь насчёт всего этого?

— А что я думаю? — протянул я. — Странно. Есть тело, есть улика, а вы говорите, что это невозможно. Неужели в вашем коллективе не может быть предателя?

— В моём — нет, — улыбнулся он. — Недоброжелатель может быть. Точнее, не может, а они есть. И их много. Возраст, знаешь ли, вещь такая, что позволяет тебе накопить много должников и соответственно, тех, кто должен тебе. В той или иной мере.

— Может, кто-то знает, как делать вашу метку?

— Она известна многим постоянным членам клуба, — пожал плечами старик. — Сделать точно такую же можно, она не такая сложная. Никогда не стояло цели её излишне усложнять, потому что я даже не мог подумать, что её таким образом будут использовать.

— Вы не боитесь последствий? Может, это делают специально, чтобы прикрыть ваше заведение, а вас отдать под суд.

Владимир Петрович продолжил копаться в столе, не отвечая на мой вопрос. И спустя пару минут вытащил небольшой лист. Скомканный, видимо, не один раз и при этом вновь тщательно разглаженный. Протянул его мне со словами: «Изучай».