Книга Дворянство. Том II, страница 53 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

Припоминая его слова, я на всякий случай проверил и погреб, вход в который вела дверца в полу, обычно скрытая ковром. Но никого внутри не было. За четверть часа мы обследовали все три дома, которые не были заперты. И у меня сложилось впечатление, словно их покинули за пять-десять минут до того, как мы приехали.

Нет, здесь никто не готовил обед, не мылся и не занимался своими, обычными, бытовыми делами — нет. Все личные вещи, заготовки к обеду или ужину были брошены. Подтверждением тому было подгнившее мясо на столешнице в кухне первого дома.

— Ты говорил, что у него ещё есть летняя дача? — задумчиво пробормотал кот. — Боюсь, здесь нам ловить больше нечего.

Да что же со мной такое? Почему меня начинает трясти от мысли, что мне придётся его убить⁈ Несмотря на кота, мельтешащего под ногами, перешагнул его и направился в сторону выхода, стараясь как можно скорее успокоиться и вернуть своё хладнокровие обычными уговорами самого себя.

Это нужно сделать. Он убийца. Либо я это сделаю, либо он ещё убьёт невинных.

* * *

До летнего домика на отшибе села прошли без особых проблем. Не останавливались, людей особо и не видели, но и старались не попадаться на глаза любопытствующим. Так что по основной дороге не пошли, а пошли обходами, через рощу и кустарники.

Летний дом семьи Вадима выглядел мёртвым. Не было дыма, такого привычного из небольшой баньки. Кусты с ягодами, нетронутые человеческой рукой. А на скромных автомобильных воротах ржавел большой амбарный замок.

Через двухметровый забор попросту перепрыгнул, держа под мышкой кота. Его же в первую очередь и пустил перед собой вынюхивать обстановку.

Но Кактусу хватило лишь поводить «жалом» по воздуху, чтобы определить дикого.

— Он здесь. Сто процентов. Я чувствую запах крови… — он прошёлся вдоль забора, принюхиваясь к невысокой траве. — Как животное какое-то…

Следом, головой указал на деревянную ограду, на которой отчётливо угадывались бурые пятна.

— Свежак, — прокомментировал кот, ещё и красноречиво посмотрев на меня.

С этим самым следом ко мне вернулось хладнокровие. Больше сомнений о правильности моих действий, не было.

Следы произошедшего встретились почти сразу. Стоило мне перешагнуть порог двухэтажного, неотапливаемого домишки, как в нос ударил трупный запах. Переступая чьё-то тело, лежащее на летней веранде, я убрал в сторону тряпьё, которым обычно отец Вадима занавешивал вход в дом, и чуть было… не выматерился.

За столом небольшой кухоньки сидело два тела. Уже, к сожалению, ушедшие в мир иной. Рваные раны, мухи, белые, глаза и агония боли, застывшая в мимике бабушки Вадима и его отца.

Кактус тут же вынырнул из-под ног, усмехнулся и двинулся в сторону коридора, где была ещё одна комната и лестница, которая вела на второй этаж. Где была только одна комната, но весьма большая. Гостевая.

— Внизу его нет, — доложил он через минуту. — Наверху рычание, словно он… завтракает. Ярослав?

Я слышал, что он говорит, но не реагировал. Замер, боясь сдвинуться с места, возле таких знакомых мне людей, которые участвовали в моей жизни. Моё тело словно одеревенело, как от навыка Лены. Я не то, что рукой дёрнуть, я вздохнуть опасался.

Удар когтистой лапой по ноге привёл меня в чувства.

— Их уже не вернёшь, — тихо пробормотал Кактус. — Соберись. Ведёшь себя как слабак!