Книга Дворянство. Том I, страница 65 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

— Что, страшно стало? — неожиданно заговорил Кактус.

Я покосился на пушистую морду и отрицательно замотал головой.

— А должно быть, — хмыкнул тот. — Вместо того чтобы спрятать тело или хотя бы перенести его, у тебя хватило мозгов лишь на опробование новых сил. Совершенно забыв о мерах предосторожности.

— Да я… — замялся я, почёсывая затылок.

В словах Кактуса была доля правды, но я действительно даже не подумал о банальных вещах.

Но ведь и не я первым начал на него охоту. Он уже был травмирован неизвестными «паразитами». А значит, и ответственность за его состояние лежит на них. Тем более, рядом со мной был куда более опытный носитель симбионта и уж он точно мог мне подсказать что с этим делать. К тому же я даже не обратил внимания, что после того как я вытянул симбионта из тела дикого, он внешне стал обычным человеком, как будто все эти изменения, произошедшие с ним, откатились к начальной точке.

Тем временем диктор начал описывать возможного преступника. Ибо по камерам видеонаблюдения, жертва выходила из кафе, которое было расположено в соседнем квартале. Учитывая объём видеофиксации в городе и как его путь проследили, я выпал в осадок.

Действительно, а почему я не задумался о свидетелях и технической оснастке города? А вдруг какая-нибудь дорожная камера или видеонаблюдение на каком-нибудь доме могли меня заметить?

И не только во время драки. Во время прыжков, например, или чего похуже… А ведь я даже лицо не закрывал банальным капюшоном.

С каждой новой догадкой настроение портилось всё сильнее и сильнее. Окончательным этапом самобичевания стал кот, который в меру своей наглости и прямолинейности попросту называл меня обезьяной с гранатой.

Мол, получая силы, я не задумываюсь о последствиях. И одно дело, становиться сильнее. А другое — отдавать отчёт своим действиям.

— … две девушки двадцати-двадцати пяти лет, — меж тем продолжал диктор. — Если вам известны они, просим сообщить в отделение полиции, по номеру…

Мимолётно глянул на лица девушек на фотографиях. Нет, никого из них я не знал. Но самое главное, про меня и слова не сказали. А вот эти…

— Слушай, Кактус, — вновь посмотрел себе под ноги, где кот всё также смотрел в телевизор, будто там было что-то важное конкретного для него. — А ведь у дикого были сквозные раны. Словно в него теннисными мячами стреляли, которые тело прожигают.

— Маги, — буркнул он, показывая на экран телевизора, где вновь демонстрировали подозреваемых. — Та что слева слева — так точно. Знаю её. Встречались в кое-какое время.

Я не стал уточнять, что именно он имел в виду под «встречались». Либо проигнорирует, либо начнёт городить какую-нибудь чушь.

— А то, что ты видел — это следы от фаерболов. Ну, либо их подобие. У магов достаточно много различных приёмов в арсенале.

Что такое фаербол, я не стал уточнять. Человек я начитанный, поэтому и так прекрасно представил, как огненный шар прожигает тело дикого. Но всё же вернулся вниманием к тем самым девицам на фотографиях.

Подумать про них, что они маги, ну… никак не мог. Самые обычные на вид девушки. Ничем не примечательные, кроме своей естественной красоты. И вот Кактус, словно понял, о чем я подумал, продублировал мои догадки.

— Почти все маги от природы красивые. Ну, не совсем от природы, а от симбионта, который изменяет их тела со временем. Ибо им нужно питаться эмоциями других живых существ — это их еда. А те, кто не умеют или не настолько сильные, чтобы питаться сгустками от эмоций людей питаются артефактами.