Книга Первый из рода. Том 4, страница 67 – Георгий Сомхиев, Сергей Каспаров

То, что я испытал, было хуже любого ада, который я мог себе только представить.

— Следуй за мной, иначе потеряешь след, — услышал я голос Фантома и инстинктивно потянулся к нему.

Мне пришлось проявить всю волю, что у меня есть, чтобы последовать за ним. Чёрт возьми, будь прокляты эти хаоситы. Я не отступлю!

* * *

Я давно потерял счёт времени, сколько пробыл в Астрале. Я практически перестал ощущать боль. Мысли путались. Я пытался вспомнить, ради чего сюда пришёл, но всё никак. Всё что я хотел, чтобы всё поскорее закончилось. Только жажда отомстить хаоситам… нет, жажда спасти этот и другие миры не давала мне развеяться.

Каждый раз, когда казалось, что я уже на краю, эта жажда разжигала во мне новый огонёк жизни, и я продолжал следовать за маленьким светочем, казавшимся пылинкой на фоне бесконечного космоса.

«Мы пришли», — услышав эти слова, я не сразу понял, что произошло.

Всё вокруг озарилось светом, и я почувствовал твёрдую землю. Я почувствовал, что могу моргать, могу дышать! От наплывающей усталости я упал на спину, не в силах сдвинуться с места. Воспоминания стали возвращаться одно за другим. Я снова стал ощущать себя как личность.

Теперь я понимал, почему Фантом так меня отговаривал от этой затеи. За эти несколько дней я едва не потерял самого себя. Впрочем, если бы пришлось выбирать, я бы всё равно избрал этот путь. Потому что я эгоист и не хочу терять тех, кто мне близок.

Десять минут у меня ушло на то, чтобы восстановиться. Затем я не без труда поднялся на ноги и огляделся. По ощущениям я попал в какое-то святилище, не иначе. Колонны, каменная дорожка и каменный пьедестал, на котором лежал куб, размером с мой кулак. То что от него исходил эфир, я почувствовал сразу. Меня напрягло другое — на нём была печать.

Вряд ли фанатики додумались бы запечатать Феникса своими силами. Учитывая мощь этого фамильяра, они попросту бы не справились. Значит скорее всего им помог хаосит, и эта печать принадлежит именно ему. Как только её сломаю, он наверняка сможет считать мою душу и понять, кто я такой. Наверняка это станет началом полномасштабной войны. Эти ублюдки сделают всё, чтобы избавиться от «аномалии».

С другой стороны, всё уже идёт к этому. Смысла тянуть нет. Если не освобожу Феникса, победы нам не видать. То что при этом будут кровавые последствия — вынужденная цена, с которой даже я не в силах ничего сделать. Я не герой, я не могу спасти всех без исключения.

Правильного выбора попросту не существует, и я сам не в силах его создать. В таких случаях остаётся делать одно — поступать так, как считаешь нужным.

Я закрыл глаза и руками коснулся куба, заполняя его своим эфиром. Печать оказалось крепче, чем я думал, поэтому я продолжил всё сильнее и сильнее вливать эфир, однако и этого оказалось мало.

«Я помогу», — услышал я мыслеречь Фантома и молча кивнул.

Ещё секунда и печать наконец рухнула, после чего я попал в измерение к Фениксу. Тот выглядел таким же, как и при нашей первой встрече, только сейчас я заметил, как он скован ледяными цепями, а само его пламя едва тлело.

«Ты пришёл, герой уничтоженного мира», — слова Феникса звучали как облегчение.

— Да, я пришёл. Правда не понимаю, почему ты называешь меня героем. Я не смог спасти свой мир. Какой же из меня герой? — нахмурился я и подойдя поближе, коснулся рукой головы Феникса. Бедное создание… Двести лет эти цепи ему причиняли боль.