Книга Первый из рода. Том 3, страница 44 – Георгий Сомхиев, Сергей Каспаров

— Я не про это. Есть маги, которые могут намеренно скрывать свою силу. Например когда я встретился с одним из Соколовых, по документам утверждалось, что у него давно разрушено ядро. На деле же оказалось ровно да наоборот, — дав время Павлу переварить информацию, я продолжил: — Сильный маг иллюзий также способен обмануть разум. Может есть идеи или предложения, откуда стоит начать копать?

— Нет, — мотнул головой Павел. — В данный момент род занимается личным расследованием, и меня, как его представителя, попросили поговорить с тобой, чтобы ты дал нам время разобраться в происходящем. Виновных мы нашли, однако никто из них не может дать вразумительную причину, почему они так поступили.

— Всё ещё похоже на работу менталиста, — ответил я, прокручивая в голове возможные сценарии. — Хотя вполне возможно, тут кроется другая причина. У меня есть подозрение, в чём тут дело, однако мне понадобится твоё содействие и клятва, что ты не станешь раскрывать мои секреты.

— Если это не будет вредить моему роду, то я клянусь, что не стану раскрывать тайны и помогу чем смогу, — уверенно ответил парень, смотря мне в глаза.

— То, что я сейчас скажу, не должно всплыть где-то ещё, — получив в ответ утвердительный кивок, я продолжил: — Если кратко, я умею считывать психическое состояние людей. Я могу определить, человек имеет добрые намерения или злые.

— Такое невозможно, — недоверчиво ответил Павел. — При всём уважении, я не могу в это поверить.

— А если так? — сказал я, и призвав Багиру, активировал «слияние». Увидев, как меня окутала тень, от которой уже едва заметный туман, Медведев словно потерял дар речи. — Это не артефакт, а моя сила. Сними с меня хоть все аксессуары, ничего не найдёшь. И да, это тоже тайна рода.

Вообще, очень удобно оправдывать свою силу такой формулировкой. Даже император без веских причин не станет задавать неудобные вопросы. Всё-таки на подобных вещах держится сила рода, а оглашать их кому-либо означает целенаправленно ослабить себя.

— Теперь кажется я понимаю, почему тебя выбрали главой нового подразделения, — сказал Павел спустя секунд двадцать молчания.

— Глава ордена не знает про эту способность, и я не планирую в ближайшее время об этом распространяться. Если захочешь узнать больше, придётся вступить в моё подразделение, однако знай — обратной дороги не будет.

Несколько минут парень угрюмо смотрел на меня, но не говорил ни слова, обдумывая предложение. На его лице до последнего не мелькало ни одной эмоции, пока он не сказал:

— Хорошо. Я тебе верю. Давай сначала мы разберёмся с произошедшим, а затем я обдумаю решение. И ещё раз спасибо, что помогаешь нам, а не пользуешься ситуацией для личной выгоды.

— Пустяки, — отмахнулся я рукой. — Сложное впереди. Мне нужно, чтобы я попал в ваше родовое поместье, чтобы проверить всех слуг. Если кто-то из них будет враждебно настроен ко мне, то значит он предатель. Я составлю список и позже пришлю его вам. Этих людей нужно будет допросить через менталистов — возможно через них мы найдём зацепки. Других идей, как выйти на след нашего общего врага, у меня нет.

— С этим возникнут проблемы, однако я поговорю с отцом. Если пообещаешь, что не будешь спешить обвинять наш род в измене, то он скорее всего согласится, — когда Павел упомянул своего отца, я заметил, что на его лице промелькнуло недовольство. Похоже он с ним не очень-то ладит, и нынешняя ситуация скорее вынудила его поговорить со мной. как Феникс с Фениксом.