Книга Первый из рода, страница 41 – Георгий Сомхиев, Сергей Каспаров

Противник практически оказывается в ловушке. Я же безо всяких проблем бросаюсь в этот огонь и за пару ударов разбираюсь с парнем. Трое выбыли, двое убежали. Неприятно, но ничего не поделаешь. Не всегда всё идёт чётко по плану. Но на то они и планы, в конце концов я не провидец и все мои планы это примерное прогнозирование своих и чужих действий. И в моем плане всегда есть много места для импровизации.

Поэтому я взял в руки рацию и связался с Демидовым.

— Доложи обстановку.

— Встретил противника, наблюдаю.

— Что они делают?

— Остановились. Их главный о чём-то разговаривает по рации.

— Я упустил двоих. Должно быть они идут к ним для перегруппировки.

— План перехват?

— План перехват. Жди, буду через двадцать минут, — сказал я, посмотрев в персональный компьютер и увидев местонахождение Алексея. — Скинул координаты места встречи.

— Принял. Пока что продолжаю наблюдение, — коротко ответил Алексей и оборвал связь.

Через двадцать минут я встретился с Алексеем. Мы находились на третьем этаже одного из полуразрушенных зданий, наблюдая за «химерами». К этому моменту их стало двенадцать человек.

Где находились остальные, оставалось неизвестным. Ворон их не обнаружил в ближайшей округе. Вероятно, они ждали эту группу возле портала, хорошо замаскировавшись, либо же занимались поиском Марии Иннокентьевны.

— По шесть на каждого, — тихо сказал Демидов, наблюдая в бинокль. — Не многовато? Может, Кирилла позовём?

— В самый раз. Ты отсюда атакуй дальнобойными заклинаниями, а я справлюсь в ближнем бою.

— Хорошо, командир, — в шутку сказал он.

— Нашёл время каламбурить, — ответил я и отдал приказ ворону слиться со мной. — Начали.

Я разгоняюсь и выпрыгиваю из окна, летя прямо на одного из «химер». Тот на реакции пытается отпрыгнуть в сторону, но тщетно. Я приземлюсь точно на него, активируя браслет. Один выбывает, остаются одиннадцать.

Сразу же следом я создаю перед собой широкую стену пламени и выпускаю её вперёд. Ещё одна затратная техника эфира, но она нужна для отвлечения внимания от Демидова, максимальное внимание противника должно быть на мне. Сам же я быстро отступаю назад, еще больше приманивая взгляды противников к себе.

Секунда, две, три — всё внимание противника сосредотачивается на мне. Кто-то из них кричит, раздавая приказы. «Химеры» не разделяются, и плотным составом идут ко мне. Я выпускаю в их сторону огненные шары, однако те прикрываются магическим барьером.

Тут-то Демидов ловит их на ошибке. Двое магов опускают барьер, увидев, что мои руки погасли. Видимо в тот момент решили, что я больше не собираюсь пользоваться огненной магией. Именно поэтому им в спину прилетает множество ветряных полумесяцев, как те, что до этого порубили гончих на куски.

Минус один, два, три, четыре… Демидов одним заклинанием поражает семерых врагов. На шестерых активируется барьер, у последнего только ранена нога. Снимать его со счетов нельзя — значит остаётся половина.

— Моя очередь, — говорю я, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Услышав это, часть противников замирает, а другая наоборот, оборачивается назад, чтобы атаковать Алексея. Последний к этому моменту оказывается внизу и на ходу создаёт меч из маны.

Я подбегаю к ближайшему противнику и обмениваюсь ударами. Он пытается ударить мне по корпусу, но я гораздо быстрее и легко уворачиваюсь, а затем бью ему в висок. Активируется барьер, сигнализируя о том, что с этим покончено, и я переключаюсь на второго и третьего. Они бегут на меня с кулаками, я же создаю в своих ладонях огонь и выпускаю его во врага.