Книга Первый из рода, страница 105 – Георгий Сомхиев, Сергей Каспаров

— Будто моего тела не стало. Вместо тела словно была душа, — сразу же ответил я.

— И что было дальше?

— Я вообразил, как воплощаю своё тело, и как только у меня оно появилось, я разорвал ткань реальности и прошёл дальше.

— Ты что сделал?! — это подал удивлённый голос наставник.

— Воплотил тело и разорвал ткань реальности. Пространство же в артефакте не безграничное. Я подошёл к его краю и пробил себе дорогу вперёд.

— То есть ты не пытался вынырнуть из артефакта, а вместо этого пошёл его исследовать? — задал уточняющий вопрос старик, и я заметил, как на мгновение дрогнула его рука.

Мне уже не хочется представлять, как именно они проходили это испытание. Хотя проблема в том, что я догадываюсь, и не знаю, как на это вообще реагировать. Три века этому артефакту, а они судя по всему, последние двести лет страдали фигнёй.

— Тут скорее вопрос в том, как он себе тело сотворил из ничего, — вставил своё слово наставник, при этом я ещё никогда не видел его таким нервным.

— Рус, спокойно. Юноша уже показывал, что не самый обычный маг. То что он нашёл другой подход к артефакту, нам только на руку, — повернул старик голову сначала к моему наставнику, а затем посмотрел на меня. — Продолжай.

— Хорошо, — коротко кивнул я, и отпив чаю, чтобы смочить горло, продолжил, утаивая некоторые детали. — Как только ткань реальности порвалась, то я наткнулся на тысячи и тысячи химер, с которыми мне пришлось сразиться. Затем я встретился с копией самого себя. Видимо он символизировал мои внутренние переживания, но эта встреча быстро закончилась ничем. В конце же я судя по всему, встретил Феникса.

— Феникса? — старик приподнял обе брови, желая услышать продолжение. — Ты в этом точно уверен?

— Да, точно. Он выглядел точно также, как нарисован на дверях в церемониальный зал. Он не напоминал химеру, скорее наоборот. Феникс воспринял меня как своего друга, и подойдя ко мне, объял своими крыльями и позволил сгореть в своём пламени. А затем меня выдернуло и я оказался с вами, только без верхней одежды. Больше мне сказать нечего.

— Рус, собери позже остальных магистров, думаю нам будет что обсудить, — очень серьёзным тоном произнёс старик, и в этот момент я почувствовал его давящую ауру. Прямо как во время нашего первого разговора.

— Будет исполнено, глава, — вежливо ответил ему мой наставник.

— Теперь твоя очередь задавать вопросы, юноша. Спрашивай, — в тоне старика я почувствовал уважение, да и во взгляде это тоже читалось. Сейчас он обращался ко мне не как к бездумному птенцу, который хочет добиться безумной цели, а как к равному себе, который к тому же знает, что делает.

— Давайте тогда с простого. Где моя одежда? — зашёл я издалека.

— Сгорела полностью, когда ты внезапно загорелся, — от этих слов у меня дёрнулось левое веко.

Это всё-таки был подарок Вячеслава Емельяновича, да и сам костюм было жалко. Столько трудов в него вложили, а поносил я его считай всего-ничего. И ведь ничего не поделаешь, сгоревшее не вернёшь.

А вот почему я загорелся, вопрос хороший. Неужто из-за действий Феникса?

— За сколько времени я прошёл испытание? — задал я следующий вопрос.

— Пять секунд, — я уже даже не удивился ответу. — На четвёртой секунде вся верхняя половина твоего тела вспыхнула огнём, а на пятой ты очнулся.