Книга Профессор магии на полставки. Том 6, страница 101 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Второй — это аномальное явление. Прямо как тот туман, когда мы спасали картографов. В таком случае уверен, что тут замешан «Крах». Вполне реально, что они умеют как-то воздействовать на сами Аномалии, — задумчиво сказал я, после чего положил пальцы на подбородок. — Третий вариант — мы попали в ловушку Астарот.

— Астарот? — удивлённо посмотрел на меня фамильяр. — Ты про фамильяра Харона? Он же считай давно мёртв. Каков шанс, что эта пусть даже великая сущность тьмы нам бы встретилась? Можно подумать, мы каждый день людям на глаза попадаемся. Да ей после смерти хозяина пришлось бы восполнять силы в плане тьмы. Хозяина так быстро она бы не нашла. Если тебе этого мало, вот ещё факты. Выходит, у неё способности отличаются от показанных в бою. Вдобавок она нас с Вельзи молча поблагодарила, когда ты убил Харона. На кой-чёрт ей идти против тебя? Чтобы что?

— Вот и мне непонятно многое, — задумчиво ответил я. — Но как факт, когда мы попали сюда, я в первую очередь подумал о битве с Хароном. Ощущения практически один в один были. Может её хозяин не мог пользоваться всем арсеналом, а может ещё какие другие причины есть. Это уже не столь важно.

— Ладно, допустим ты прав. И что тогда собираешься делать? — спросил меня фамильяр.

— Поступать как обычно. Если это плетение, в чём я не сомневаюсь, значит его можно разрушить более мощной ответной магией, — с этими словами я протянул руки вперёд и принялся создавать один за другим магический круг. — Не попробуем — не узнаем.

Усилив теневой луч на максимум, я выстрелил им вперёд. От мощности он сметал всё на своём пути. Землю, камни, деревья — вообще всё. И это принесло свои плоды.

Пространство исказилось настолько сильно, что образовался относительно безопасный проход. Почему относительно безопасный? Ну, сам разлом выглядел очень нестабильным и мог в любой момент закрыться. К тому же я не подозревал, куда он может привести.

Впрочем, это всяко лучше, чем остаться здесь на неделю, в попытках найти все слабые точки конструкта. К тому моменту и от студентов может ничего не остаться.

Недолго думая, я шагнул вперёд. Уже спустя мгновение я почувствовал привычное головокружение и тошноту. Хотя нет, скорее усиленную раз так в пять. Мне пришлось очень постараться, чтоб не потерять равновесие и упасть на землю. Ну или не совсем землю.

Вот чего я не ожидал, так что попаду в план тьмы. Странно. Когда здесь оказываешься, то скорее наоборот, чувства притупляются. Тогда откуда появилась тошнота вместе с головной болью? Не понимаю. Да и тьма здесь какая-то слабая, что ли?

Словно вместо горящего факела, ко мне поднесли спичку. Да, огонь тоже есть, и он обжигает, но не до такой степени, чтобы это стало критично.

— Чувствую знакомую ману, — сразу же заявил Ворон. — Если я прав, надо поторопиться, — не дожидаясь моего ответа, он полетел вперёд.

Своевольничать мой фамильяр себе позволял только в очень редких случаях. В основном, когда время было на исходе. Так что спорить я не стал и молча побежал за ним настолько быстро, насколько это возможно.

Уже через минуту стало понятно, о ком шла речь. Я увидел Волкова, лежащего с закрытыми глазами. А вот это уже очень хреново. Если потерять сознание в плане тьмы, то назад уже не вернёшься. Или же скорее всего, тронешься головой.