Книга Профессор магии на полставки. Том 4, страница 111 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Уже не так быстро, как раньше, — покачал я головой. — Когда учишь основы и обучаешься контролю, прогресс всегда виден на лицо. А сейчас, даже постоянно тренируясь, подобного эффекта не замечаешь. Приходится постоянно сталкиваться с кем-то сильным, чтоб сравнить себя нынешнего с собой прошлым.

— Сильного противника себе под стать ещё попробуй найди, — согласился со мной фамильяр. — Два серьёзных противника за полгода маловато будет. Может к Фроловым наведаешься? Они по тебе наверняка «соскучились». Обрадуешь их, а?

— То говоришь, что я веду себя безрассудно, то сам к безрассудству подталкиваешь, — косо посмотрел я на Ворона, останавливая мотоцикл и снимая шлем. — Да тебе друг мой, не угодишь.

— А ты как хотел? — самодовольно каркнул он. — Я натура ветреная, и говорю то, что чувствую. Если моё сердце говорит, что надо пойти и надрать задницу Фроловым, значит оно наверняка того стоит.

— У тебя нет сердца, — подметил я, прекрасно зная, какая дальше последует шутка.

— Ты слишком жесток. Как можно говорить такие слова тому, кто с тобой прошёл сквозь огонь, воду и медные трубы? — саркастично произнёс он. — Я думал ты добрее, а ты вон какой злой.

— Был бы злым, не делился бы дополнительной маной, — хмыкнул я, после чего достал телефон и набрал номер ректора. Не по всей территории же мне искать этих двоих. — А ещё отправил бы тебя искать Ланцова с его таинственным гостем, а не сам бы им звонил. Так что мог бы и поблагодарить, приличия ради.

— Боюсь, я для этого слишком злой и нехороший, — усмехнулся Ворон, прежде чем исчезнуть. Я же к этому моменту нашёл нужный мне контакт и позвонил.

* * *

Таинственный гость, так желавший меня увидеть, сидел на скамейке в парке и неторопясь прикармливал птичек. По сравнению с ним, Ланцов или тот же Яковлев выглядели как двое весьма молодых мужчин.

Старик был очень худым, сморщенным, как изюм. Казалось, что его вообще может унести сильным порывом ветра. Во взгляде при этом чувствовался опыт и мудрость лет. Даже сложно представить, сколько он прожил и пережил на своем веку.

— Вот мы и встретились, сэр, — сказал он на чистом русском, но в голосе слышался британский акцент. — Жаль только, что при таких обстоятельствах. Не желаете присесть? Разговор обещает быть долгим.

— Вы бы сначала представились, сэр, — чуть насмешливо сказал я сложив руки на груди. — Мне же надо понимать, с кем я имею честь разговаривать.

— Разве имена настолько важны для вас, сэр? — неожиданно усмехнулся старик и своей костлявой рукой ещё раз предложил сесть рядом. — Если для вас это так будет важно, то пусть будет Мелетий. Так ко мне в последнее время обращаются люди.

М-да уж. Везёт мне на безумных людей. То Харон, то Белов, теперь ещё этот. Хоть сумасшедший дом открывай и веди учёт больных.

Правда для своей внешности, старик вёл себя чересчур бодро. На иллюзию это непохоже. Может зелья какие-то принимает, которые помогают держать себя в тонусе? Это было бы вполне логично. Да и раз прожил до такого возраста, то значит был как минимум сильным магом.

— Моё имя вы и так должны знать, так что представляться не буду, — с этими словами я подсел рядом со стариком. — Так что вам от меня понадобилось, раз вы захотели со мной встретиться?

— В непростое время мы живём. Молодёжь совсем другая пошла, — покачал головой старик. Складывалось впечатление, что он специально тянул время, чтобы позлить меня. — Если я сразу перейду к делу, вы вряд ли сможете понять мою просьбу, сэр. Она вас как минимум озадачит.