Книга Младший сын князя #02, страница 63 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

То, что сестра назвала это чудо техники драндулетом, не то чтобы далеко от правды, но… Очень тяжело оценить по-другому шестиколёсный внедорожник, произведённый полвека назад. На нём имелась такая толща брони, что он, скорее, имел родство с бронетранспортёром или даже танком.

Вот как вообще Суворову разрешили разъезжать на подобном транспорте в столице?

То, что он при такой толще брони вообще мог передвигаться, вызывало во мне только уважение к инженерам, проектировавшим всё это, ведь смогли сделать так, что это ещё и ездит. Причём в такой машине ты будешь чувствовать себя, действительно, как в танке.

Это я очень хорошо понимал, благодаря неожиданно появившимся ярким воспоминаниям Евгения.

В них меня перенесло далеко в русские горы, где царила непогода. Сквозь бушующую метель было сложно видеть что-то дальше собственного носа, а от холода на ресницах собирались маленькие частички льда.

Магия огня слуг и специальная одежда, что не позволяла теплу выходить, не спасала Евгения от лютой зимы. Даже мысли о том, что наконец его отец рядом, несильно подавляли желание поскорее убраться отсюда восвояси.

Вот ещё будто назло, от отца требовалось личное присутствие, чтобы решить вопрос с добычей руды в тех заснеженных горах. И поскольку, будучи главой рода, Дмитрий Львов был человеком, разумеется, довольно занятым — ждать окончания метели он не стал, чтобы затем просто долететь до места назначения на вертолёте.

Как нетрудно догадаться, единственный транспорт, который смог бы справиться с такими жёсткими условиями севера, стала «Черепаха».

Казалось бы, всего-то четыре часа дороги, что может пойти не так? Может, если ты всю жизнь катался в бизнес-классе, и тут внезапно оказался в самом худшем экономе, какой только возможно придумать. Да и то его таковым можно назвать с натяжкой.

Спинки сидений ощущались настолько жёсткими, будто их выбили из камня. Печка внутри машины практически никак не спасала от холода. Каждая кочка или небольшой камень каким-то образом заставлял машину трястись, хотя это казалось невозможным — ну как машина, чей вес близился к десяти тоннам, может вообще от такого трястись⁈ Она же просто должна была раздавливать любое препятствие на своём пути.

Даже места в машине было столько, что приходилось всем сильно тесниться. Не шло и речи о том, чтобы хоть немного вытянуть ноги вперёд. И это с максимальной скоростью — тридцать километров в час.

Одним словом, машина полностью оправдывала своё название. «Черепаха» ехала со скоростью черепахи.

Когда же Евгений наконец-то оказался в городе, то к своему ещё большему разочарованию понял, что из развлечений, только музей военной техники. Собственно, ему пришлось провести там около шести часов своего времени, пока отец разбирался с делами рода, куда Евгения, собственно, не приглашали, чтобы не мешался.

Уже в музее он сделал для себя вывод, что ехать в танке и то удобнее, чем в «Черепахе». И что более худшего способа провести время с отцом уже не придумаешь.

Мне лично на комфорт в таких ситуациях было по большому счёту наплевать. Да, комфорт — штука приятная, но я прошёл через войну и мне не привыкать к суровым условиям жизни. Поэтому даже если бы в машине вообще не было сидений, например, я бы не стал строить из себя недовольного, если бы это было нужно для дела. Для дела действительно можно и потерпеть.