Книга Империя #1, страница 100 – Андрей Розальев, Жан Аксёнов

В чём-чём, а в одном я отца прекрасно понимал.

Вернуть своё я должен сам. Это дело принципа.

Свет, едва пробивавшийся сквозь высокие стрельчатые окна кабинета князя, ложился холодными полосами на тёмный паркет и тяжёлые дубовые панели стен. Сам князь Демидов стоял у окна, спиной к комнате, наблюдая, как первые лучи солнца золотили шпили ограды его особняка, больше напоминающего дворец. В руке он держал фарфоровую чашку с дымящимся чёрным кофе — ритуал, незыблемый, как смена времён года.

В кабинет, нарушив тишину, аккуратно зашёл мужчина в безупречно сидящем тёмном костюме, без галстука. Это был начальник службы безопасности князя, Геннадий Сергеевич. Его лицо, обычно непроницаемое, сегодня выдавало лёгкую озабоченность.

— Владимир, — начал безопасник, останавливаясь на почтительном расстоянии, — ты хотел обсудить вчерашний инцидент?

Князь медленно обернулся. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Геннадию. Лицо князя, с резкими, аристократическими чертами, было спокойно, но в уголках губ таилось напряжение.

— Инцидент, Гена? — голос князя был ровным, без повышения тона, но и без этого в нём явно промелькнула угроза. — Ты называешь провал, поставивший под угрозу жизнь моей дочери, «инцидентом»?

Геннадий чуть выпрямился, принимая укол.

— Виноват, Владимир. Провал. Полный и безоговорочный, — признал он.

— Рассказывай, — князь снова повернулся к окну.

— Катю вели профессионально. Людей, которые должны были её охранять, нейтрализовали непосредственно в самом начале попытки похищения. Мы взяли всех выживших в операции и допрашиваем, — он сделал паузу, выбирая слова. — Мы отрабатываем все возможные варианты. Анализируем внешние камеры соседних зданий, опросили свидетелей. Но пока… Пока допросы показывают, что это не какой-то могущественный враг, а простые бандиты, которые каким-то образом отследили Катю и поверили в себя.

— Простые бандиты, переигравшие твою службу безопасности, — хмыкнул Демидов, и на этот раз Геннадий счёл за благо промолчать.

Князь отхлебнул кофе, его взгляд снова ушёл в окно.

— Каменский, — произнёс он, неожиданно сменив тему. — А он произвёл впечатление. Неожиданное.

Геннадий насторожился. Разговор о графе Каменском после обсуждения провала операции был… несколько даже неприятен.

— В каком смысле?

— В том, что он отказался. От миллиона рублей, Гена, — князь слегка повернулся, и на его лице появилась лёгкая усмешка. — Представляешь? Поставил меня в дурацкое положение своей принципиальностью. Гордость? Глупость? Или редкая в наше время порядочность? — Князь поставил чашку на массивный письменный. — В ситуации, когда его род висит на волоске, его земли под прессом долгов, а он сам мишень для любого авантюриста… он отказывается от денег. Потому что это «подачка», видите ли.

— Так прямо и сказал? — удивился Геннадий.

— Сказал, что на его месте любой поступил бы также, — покачал головой Демидов. — Интересный молодой человек. Катю дважды уже спас.

— Как дважды? — безопасник даже немного побледнел.

— Да, представляешь? Там демон — летучая мышь к ней в окно залетел. А он эту тварюгу прибил. Опасный парень.

— В каком смысле опасный? — уточнил Геннадий.

— Для тех, кто его недооценит, — пояснил князь. — И для самого себя, возможно. Гордость плохой советчик в игре на выживание. Но… это вызывает уважение, — он провёл рукой по гладкой поверхности стола. — Провал с Катей ставит меня в неудобное положение. Я обязан ему жизнью дочери, из-за того, что наша служба безопасности показала свою полную несостоятельность на ровном месте. Расслабились! — Князь с силой ударил кулаком по столу. — Это не должно повториться, Гена. Никогда. Ты меня понял?