Книга Гори, гори ясно, страница 35 – Жан Аксёнов

— Просто… Вы так добры ко мне. Со мной никто и никогда не был добр. Родителей своих я почти не помню. Когда произошел… Пожар, мне было пять лет. Я помню тот день смутно. Помню лишь то, что мой отец как обычно побил меня за какую-то провинность. Помню, как мне стало грустно и обидно, ведь я так старалась. Потом огонь начал нашептывать, я разозлилась и мое тело покрылось огнем. Больше я ничего не помню из того дня. Когда меня взяли на воспитание, другие дети надо мной постоянно издевались, называли проклятой. Один раз они меня раздели и выкинули к свиньям и не давали выйти почти целый день и им никогда ничего за это не было, а сегодня я увидела как вы заступились за свою служанку и… Вот. – Девушка потупила взгляд и кажется даже вжалась в кресло.

— Послушай, Аки, пока мы в академии я не против, однако, потом, тебе придется возглавить свой род и клан, однако, ты мой вассал и я всегда приду к тебе на помощь, но по-мимо этого, ты и сама сможешь за себя постоять, это я тебе гарантирую.

— Правда? – Она подняла голову, и я смог разглядеть ее глаза, которые уже были мокрые и она явно сдерживалась из последних сил, дабы не заплакать.

— Правда. – Ободряюще улыбнувшись, я как бы в подтверждение ещё и кивнул, после чего взял кружку с чаем и поднял ее. – Давай лучше попьем чай и подумаем на счет того, что мы будем делать с кланом.

— Хорошо. – Вытерев глаза платком, она быстро взяла кружку и сделала глоток. – Вкусно. А что это за чай?

— Княжеский Да Хун Пао. Обычно его называют Да Хун Пао Князя Даскарова. Он с нашей плантации. Мы его не продаем, так что неудивительно, что ты его никогда не пила. Понравился?

— Очень! – Сейчас она выглядела совсем как ребёнок. Иногда мне не верилось в то, что графине столько же лет, сколько и мне.

— Кили, отдай графине упаковочку. – Моя служанка молча поклонившись быстро достала маленькую подарочную коробку с этим чаем и поставила перед Коикэ.

— Что вы, не стоит!

— Бери, бери. От подарков отказываться некультурно.

— Спасибо. – Ну вот, опять смутилась.

— Так вот, насколько для тебя дорог твой клан вообще? Насколько мы можем в нем… Измерять позиции, скажем так.

— Можете делать с ним что угодно. Он мне абсолютно не дорог. Там все злые. – она говорила как ребёнок.

— Нет уж, без клана мы тебя не оставим, как ни крути он твой. Да и ослаблять не собираемся. Просто мне было бы интересно сделать его… Для показательной мощи моего клана. Скажем так, чем сильнее твой клан, тем более сильный в глазах общественности мой. Понимаешь?

— Да.

— Ну так вот, ты не против такого? Только подумай хорошо. Если что, на наши договорённости твой ответ совершенно не повлияет.

— Хм… То есть, вы хотите сделать мой клан еще сильнее и богаче, а взамен ничего не просите?

— Не совсем. Если у нас будет война или еще что-то, то ты со своим кланом нам поможешь.

— Я согласна, но пока я учусь, я не смогу им управлять. Вы можете поставить своего человека? – В такие моменты графиня собиралась и вела себя как урождённая аристократка и глава, если не клана, то рода точно. Она даже в осанке выровнялась.

— Да, конечно поставим. Там твои родственнички такого намудрили с активами рода и клана, что черт ногу сломит. Так что, если ты не против, мы к тебе и своих аналитиков и финансистов направим.