Книга Законник Российской Империи. Том 7, страница 64 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Что делать? — спросил я, не оборачиваясь. — Как остановить это? Можно ли вообще его остановить?

— Твоя мать считала, что можно, — ответил Эдвард. — И именно поэтому она работала над своими исследованиями. Именно поэтому она оставила тебе часть своих знаний. Ты — её наследие, Максим. И, возможно, единственная надежда этого мира.

Я повернулся к нему, чувствуя, как внутри разгорается решимость.

— Тогда я должен закончить то, что она начала. И ни Аврора, ни Альберик не остановят меня.

Эдвард кивнул, и мне показалось, что на его бесстрастном лице мелькнула призрачная улыбка.

— Именно этого я и ждал от сына Марии Леонхарт.

Высокие потолки, мраморные колонны, позолоченная лепнина — Зимний дворец был олицетворением могущества Российской империи, её нерушимой силы, кажущейся вечной. Но после разговора с Эдвардом я смотрел на эти стены иначе. Что есть мрамор и золото перед лицом «перезаписи»? Всего лишь прах, который смоет волна, идущая из Вечного Города.

Внутри меня бушевала буря эмоций, но внешне я сохранял привычную сдержанность. Слабость — роскошь, которую я не мог себе позволить. Особенно сейчас, когда на кону стояла судьба целого мира.

Я шел по коридору, направляясь на очередное дипломатическое мероприятие, когда заметил группу придворных, столпившихся у одного из окон. Они говорили приглушенными голосами, но меня заметили и мгновенно замолчали. Это стало привычным после моего триумфа над Петром Алексеевичем. Придворные разделились на три лагеря: мои сторонники, приверженцы наследного принца и осторожные наблюдатели, ждущие, куда качнется маятник власти.

— Ваше Высочество, — один из дворян склонился в глубоком поклоне, когда я проходил мимо, — позвольте выразить восхищение вашим блестящим выступлением на Совете. Показать такую выдержку и проницательность…

— Благодарю, — коротко ответил я, давая понять, что не нуждаюсь в лести.

Другой дворянин, стоявший рядом, бросил на меня косой взгляд и что-то прошептал своему соседу. Я расслышал обрывок фразы: «…выскочка, думает, что титул дает ему право…»

На подобные выпады я перестал обращать внимание. Петр, несмотря на свое публичное поражение, продолжал действовать против меня, только теперь более изощренно. Каждый день рождались новые слухи: то я якобы использовал запрещенную магию, чтобы влиять на императора, то планировал избавиться от всех своих братьев одним махом, то вступил в преступный сговор с иностранными державами.

Удивительно, как много людей, включая высокопоставленных аристократов, всё ещё поддерживали его, закрывая глаза даже на очевидные доказательства его махинаций с фондами. Впрочем, удивляться тут было нечему — десятилетия создания имиджа наследника, раздача должностей и привилегий, а главное — перспектива его восхождения на трон делали своё дело. Мало кто хотел ставить на темную лошадку, даже если она была отмечена императорской кровью, а вот первый принц был более интересной и влиятельной кандидатурой, с которой никто ссориться не хотел.

Андрей, третий принц, в свою очередь, решил дистанцироваться от всех политических игр. После нашего разговора в его тайном кабинете он избегал столичной жизни, проводя время на Урале под предлогом научных изысканий. Частично это было трусостью, частично — здравым расчетом. Он уже вляпался в авантюру Авроры и теперь старался минимизировать ущерб.