Книга Законник Российской Империи. Том 6, страница 7 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Не уверен, — возразил собеседник. — Я навел справки. Есть сведения, что он служит в Судебном Бюро и далеко не обычным рядовым сотрудником. Также он был причастен к аресту Корниловых.

Последовала пауза. Я почти физически ощущал, как меняется настроение фон Штейна.

— Серьезно? — его голос стал ледяным. — Почему я узнаю об этом только сейчас?

— Информация пришла буквально час назад, через нашего человека в Петербурге.

— Черт! — фон Штейн явно был разозлен. — Это меняет дело. Темников мог приехать не просто как сопровождающий. Он может быть здесь с официальной миссией.

— Что будем делать?

— Наблюдать. Пока он не сделал ничего подозрительного. Возможно, он, действительно, просто сопровождает сестру. Но на всякий случай предупредите охрану. И усильте наблюдение.

Я отступил от двери, обдумывая услышанное. Моя легенда продержалась недолго. Теперь нужно быть вдвойне осторожным. И главное — не оставлять Анастасию одну.

Вернувшись в зал для докладов, я обнаружил сестру, увлеченно беседующей с доктором Майер. Она не выглядела обеспокоенной, и я решил не прерывать их разговор. Вместо этого я присоединился к группе мужчин, обсуждавших последние тенденции в магической науке.

Беседа была оживленной, но пустой — все избегали конкретных деталей своих исследований, ограничиваясь общими фразами и теоретическими рассуждениями. Я поддерживал разговор, вставляя ремарки достаточно грамотные, чтобы не выглядеть невеждой, но недостаточно глубокие, чтобы вызвать лишние вопросы.

Через некоторое время к нашей группе присоединился доктор Харрингтон и еще один мужчина — представительный господин с военной выправкой, которого представили как полковника фон Кляйста, «интересующегося практическим применением научных достижений».

— Наука должна служить государству, — безапелляционно и даже несколько резко заявил полковник. — Особенно в такое неспокойное время, когда старые порядки рушатся, а новые еще не укрепились.

— Безусловно, — поддакнул Харрингтон. — Но важно понимать, какому именно государству она должна служить.

— Тому, которое достойно лидерства, — фон Кляйст отпил из бокала. — Тому, где правят лучшие.

— И кто определяет, кто лучший? — поинтересовался я с легкой усмешкой.

Полковник смерил меня пронзительным взглядом.

— История, господин Темников. История и естественный отбор. Некоторые расы и народы просто более приспособлены к лидерству, чем другие. Это вопрос не политики, а науки. Выживает сильнейший — разве не так говорят ваши же биологи?

— Биология часто трактуется превратно, — я пожал плечами. — Сильнейший — не всегда означает сильнейший физически или даже интеллектуально. Часто выживает тот, кто лучше приспособлен к сотрудничеству, к формированию сообществ. Муравьи хороши не потому, что каждый из них силен, а потому, что их сообщество функционирует как единый организм.

— Прекрасное сравнение, — вмешался Харрингтон. — Но заметьте, даже у муравьев есть королева и рабочие. Иерархия заложена в самой природе. Нам остается лишь признать ее и следовать естественному порядку вещей.

— Или создать новый порядок, — тихо произнес ранее молчавший член нашей группы — пожилой человек с аскетичным лицом. — Порядок, основанный не на случайности рождения, а на истинных достоинствах.