Книга Законник Российской Империи. Том 4, страница 3 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Охранник снова кивнул, но по его лицу было видно, что он предпочел бы не вдаваться в детали финансового планирования Империи.

Мы направились к выходу из архива, и я почувствовал, как адреналин, бурливший в крови во время моих «исследований», начинает постепенно спадать. Теперь предстояло хорошенько обдумать всю полученную информацию и решить, как действовать дальше.

— Спасибо за предоставленную возможность, — сказал я охраннику, когда мы подошли к выходу из здания. — Эти материалы, в самом деле, помогли мне лучше понять работу Министерства финансов.

— Рад, что вы нашли то, что искали, господин Темников, — ответил охранник. — Надеюсь, эти знания пригодятся вам в будущем.

«О, они определенно пригодятся, — подумал я про себя, выходя на улицу и вдыхая свежий воздух. — Только вряд ли так, как вы себе представляете».

Я спустился по ступеням здания Государственной Канцелярии, думая о том, что в итоге мой противник именно Дорохов. А если это, действительно, так, то нужно внимательно изучить их отношения с Орлицыным.

С этими мыслями я сел в экипаж и попросил отвезти меня к поместью Темниковых. Нужно было вернуть пропуск отцу.

* * *

Роман Витальевич Дорохов сидел за роскошным лакированным столом в своем кабинете, освещенном мягким светом настольной лампы. За окном уже сгустились сумерки, и Санкт-Петербург погружался в вечернюю дымку. Перед ним лежал листок с отчетом, который он перечитывал уже в третий раз, не веря своим глазам. Его лицо, обычно спокойное и непроницаемое, сейчас исказилось от ярости.

— Проклятье! — выругался он, с силой ударив кулаком по столу. Бокал с недопитым коньяком опасно качнулся, но устоял.

Дорохов не мог поверить, что какой-то сопляк из провинции, этот выскочка Темников, сумел пробраться в святая святых — Архив Государственной Канцелярии. Мало того, этот мальчишка еще и осмелился копаться в его личном деле! Годы безупречной службы, тщательно выстроенный план — и вот теперь все это под угрозой из-за одного любопытного юнца.

— Как он вообще туда попал? — пробормотал Дорохов, массируя виски. — Кто дал ему доступ? Неужели старший Темников помогает ему в этом? Да никогда не поверю, чтобы Николай Владимирович, что чтит правила как святой закон, решится преступить их ради незаконнорожденного бастарда.

Вопросы роились в его голове, но ответов не было. Он чувствовал, как его многолетний план по провокации войны с Царством Польским находится под угрозой. План, который мужчина вынашивал годами, просчитывая каждую деталь, каждый шаг. И теперь этот мальчишка угрожал всему. Любое неуместное внимание к нему и это свяжет Дорохову руки.

— Нет, — прошипел мужчина, сжимая кулаки. — Я не позволю какому-то недоучке разрушить все, над чем я работал столько лет.

Он встал и подошел к окну, глядя на вечерний город. Огни Санкт-Петербурга мерцали в темноте, словно звезды, но Дорохов не видел их красоты. Его мысли были далеко, в прошлом, в том дне, когда он потерял все, что было ему дорого.

— Маргарита, — прошептал он, и его голос дрогнул. — Я не позволю, чтобы твоя смерть была напрасной.

Воспоминания нахлынули на него волной. Он снова видел ее улыбку, слышал ее смех. И снова переживал тот ужасный момент, когда держал ее окровавленную и задыхающуюся на своих руках. Ярость и боль, которые он так долго сдерживал, снова вспыхнули в его груди.