Книга Законник Российской Империи. Том 4, страница 112 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Рад вернуться, отец, — сдержанно поклонился я. — У меня есть подарки для всех вас.

Повернувшись к Александру, я протянул ему небольшую шкатулку.

— Это антикварные арабские счеты. Думаю, они пригодятся тебе в управлении «Кодексом Элегантности».

Глаза Александра загорелись, когда он открыл шкатулку.

— Максим, это… это потрясающе! Они выглядят очень ценными! И дорогими… Нет, не называй мне цену! Я не уверен что хочу знать, сколько ты потратил на них.

— Хорошо-хорошо, — усмехнулся я. — Кстати, я договорился о пробных поставках тканей из Польши. Думаю, вам с Милой стоит изучить образцы и решить, подходят ли они для вашего производства. Думаю в течение недели все поставки будут в городе.

Александр кивнул, явно уже погрузившись в размышления о новых возможностях для бизнеса.

Затем я повернулся к мачехе.

— А это для вас, Елена Андреевна, — я протянул ей изящно упакованную коробочку. — Набор персидских благовоний. Нашел в одной лавке редкостей в Варшаве.

Мачеха открыла коробочку, и комнату наполнил тонкий, изысканный аромат.

— О, Максим, — выдохнула она, — это просто великолепно! Такие благовония невозможно достать в империи. Очень предусмотрительно с твоей стороны.

Наконец, я обратился к отцу, последний подарок был для него, и тем, что он последний я хотел подчеркнуть его важность.

— А это, отец, я думаю, займет особое место в вашей коллекции.

Я протянул ему длинный футляр. Николай Владимирович открыл его и замер, увидев содержимое. Его глаза расширились от удивления и восхищения. Впервые он так явно выражал эмоции.

— Быть не может!

— Мне довелось побывать на аукционе высшего сословия в Варшаве, не мог уйти, не купив что-то интересное.

Отец осторожно вынул саблю из футляра, рассматривая инкрустацию драгоценными камнями.

— Это историческое сокровище времен гуситских войн. Видишь вот эти инициалы, выгравированные на рукояти. Это сабля Рейнмара Фон Беляу. Максим, я даже не знаю, что сказать. Это потрясающий подарок!

Я улыбнулся, видя, как отец бережно держит саблю. Он страстный коллекционер холодного оружия пусть старается этого и не демонстрировать, и я знал, что этот подарок будет для него особенно ценен. Правда кто такой этот Рейнмар я ни сном ни духом, но видимо какая-то историческая персона или вроде того.

— Рад, что вам понравилось, отец. А теперь, если вы не против, я бы хотел уладить еще пару мелких дел. Обещаю вернуться к ужину и рассказать обо всем, что не является государственной тайной.

Попрощавшись с семьей, я направился к выходу. У меня было еще одно важное дело перед тем, как окончательно расслабиться и насладиться домашним уютом.

Дорога до Судебного Бюро заняла не более получаса. Я поднялся по знакомым ступеням, кивая встречающимся по пути коллегам. Многие смотрели на меня с любопытством — видимо, слухи о моих приключениях в Польше уже успели разойтись.

Я постучал в дверь кабинета и, услышав знакомое «Войдите», шагнул внутрь.

Соколов сидел за своим столом, заваленным бумагами и склянками с разноцветными жидкостями.

— Максим! Добро пожаловать! Ох и задержался ты, тут после приезда Вяземского все только о тебе и говорят! Ну и поставил же ты все Царства Польское на уши, — он встал и, подойдя ко мне по-отечески приобнял, похлопав по спине.

Даже подозрительно — ни одной ловушки я не нашел и спокойно добрался до его рабочего стола.