Книга Системный Друид. Том 3, страница 66 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Дейл вздрогнул, глаза его расширились.

— «Луговая искра», — Маркус произнёс название негромко, будничным тоном, каким зачитывают строку из накладной. — Сорт, конечно, клялся, что «ничего не продавал и разговора не было», но горшочек из его партии, воск его. Я достаточно повидал, чтобы отличать подобное.

Он спрятал горшочек обратно в карман.

— Использовать афродизиак… неужели я настолько плохо вас воспитал? — Маркус качнул головой, и в его голосе появилось что-то, похожее на брезгливость, которую он обычно не выказывал. — Я сегодня добрый, Дейл, и дам тебе шанс, потому что мне нужны люди для работы, а не для кормления тюремных крыс. Про горшочек я забуду.

Он сделал паузу. Его правая рука скользнула к поясу, пальцы обхватили рукоять метательного кинжала, и движение было таким привычным, что Дейл заметил его только в самом конце, когда лезвие уже покинуло руку.

Кинжал вонзился в столб над головой Дейла с коротким, глухим стуком, войдя в древесину ровно по центру насечки, которую оставил Вик. Рукоять дрожала в сантиметре от макушки, тонкая полоска стали, которая могла убить.

Дейл перестал дышать.

— Видят боги, — Маркус проговорил тихо, почти шёпотом, глядя Дейлу в глаза с расстояния вытянутой руки, — если такое повторится, следующий клинок войдёт не в дерево.

Тишина стояла долго. Пять ударов сердца, десять. Потом Маркус выпрямился, одёрнул куртку, повернулся к ученикам спиной и зашагал по тропе к деревне. У поворота остановился, не оборачиваясь.

— Развязывайтесь сами. И начните, наконец, думать головой. Хватит позорить меня.

Его фигура мелькнула за крайним домом и пропала. Утренний свет заливал развилку ровным, холодным золотом. Кинжал торчал в столбе, его тень лежала на лице Дейла ровной чёрной полосой, рассекая набухшую скулу надвое.

Коул сидел, прижавшись плечом к напарнику, и молчал. Его обожжённые пальцы мелко подрагивали, выбирая узел на верёвке, и каждое движение давалось с мучительной осторожностью, потому что кожа на костяшках вздулась пузырями от обратного выброса маны и саднила при малейшем прикосновении.

Дейл смотрел на кинжал над своей головой и тоже молчал. Лицо его было серым, челюсть раздулась, в глазах стоял пустой блеск, какой бывает у людей, впервые осознавших, что стоят по колено в болоте, и каждый следующий шаг утягивает глубже.

Тренировочная площадка Внутреннего двора занимала широкую каменную террасу на южной стороне Академии, откуда открывался вид на черепичные крыши Нижнего города и петляющую ленту реки за ними. Утреннее солнце било в спину, прогревая камни и заставляя мишени на дальнем краю площадки отбрасывать короткие чёткие тени.

Луна натянула тетиву.

Лук лёг в левую руку привычным весом, пальцы обхватили рукоять без лишнего давления, локоть выпрямился, плечи раскрылись. Правая рука потянула тетиву к скуле, мышцы спины напряглись, лопатки сошлись. Мишень стояла в пятидесяти метрах, соломенный щит с нарисованными углём кольцами, потрёпанный десятками попаданий.

Вокруг неё на площадке работали ещё пятеро учеников Внутреннего двора. Парень с рунным посохом отрабатывал серию огненных конструктов у дальней стены, его напарница практиковала щиты, принимая на полупрозрачную сферу каменные снаряды, которые швырял артефакт-метатель на стойке. Двое фехтовальщиков звенели учебными мечами в ближнем углу, а третий, коренастый блондин с браслетом-фокусом на запястье, медитировал на каменной скамье с закрытыми глазами.