Книга Системный Друид. Том 3, страница 36 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Дейл и Коул были другой породой. Они приехали из мира, где девушки в тавернах смеялись над их шутками, принимали подарки и шли с ними наверх, в комнаты, снятые на ночь, без обещаний и обязательств. Для них Марта была симпатичной деревенской девчонкой, которая сама к ним подошла, сама приняла ухаживания, сама позволила водить себя за околицу на закате. В их картине мира такое поведение имело вполне конкретное продолжение, и вопрос «когда», а вовсе не «если». И к сожалению, Марте не хватало опыта, чтобы понять этот нюанс.

На следующее утро Коул перехватил её у колодца. Подошёл сзади, положил руки на плечи и развернул к себе, и его улыбка, обычно открытая и беззаботная, приобрела оттенок, который Марта раньше не замечала. Веснушчатое лицо было совсем близко, глаза сощурены, и в них плясало что-то жёсткое, оценивающее.

— Мы завтра начнем ходить в лес, — сказал он, поглаживая её плечо большим пальцем. — И если и будем возвращаться, то только чтобы поспать. Давай сегодня вечером посидим у нас, Маркус обещал не мешать. У Дейла вино есть, из Кареноры привёз, настоящее, красное, с пряностями. Ты такого точно не пробовала.

Приглашение звучало невинно, но Марта знала, что за ним стоит, так же отчётливо, как знала, что за туманом над рекой прячется холодная вода. «Посидим у нас» — означало запертую дверь и чужой дом на краю деревни, который они сняли. Где никто не придёт и не постучит. Вино означало развязанные языки и развязанные ремни. «Маркус обещал не мешать» — означало, что старшие знают и одобряют. Или, точнее, им плевать.

— Я подумаю, — ответила Марта, высвобождаясь из его рук, и её голос прозвучал ровнее, чем она ожидала.

Коул отпустил, но взгляд его задержался на ней ещё несколько секунд, прежде чем он развернулся и зашагал к таверне. Марта осталась стоять у колодца, и ведро в её руках вдруг стало непомерно тяжёлым.

Вечером она всё-таки пошла к дому авантюристов.

Не потому, что хотела. Потому что отступить — означало, признать поражение, признать, что ситуация вышла из-под контроля, а этого Марта допустить попросту не могла. Она провела весь день, убеждая себя, что ничего страшного не произойдёт, что она зайдёт на полчаса, выпьет глоток вина, посмеётся над очередной байкой и уйдёт, оставив обоих парней с носом, как делала это раньше с Гаретом и Виком.

Привычная схема. Знакомые движения. Всё под контролем.

Вечер начался по плану. Вино оказалось терпким, с корицей и чем-то горьковатым, от чего голова кружилась после второго глотка. Дейл травил байки, Коул подливал, Марта смеялась в нужных местах, поддерживая баланс с привычным мастерством.

Потом Дейл обхватил её запястье, крепко, всей пятернёй, и потянул к себе. Кружка качнулась, вино плеснуло на стол. Марта дёрнулась, но пальцы сомкнулись тисками, а глаза, в которых минуту назад плясало тепло, стали холодными, расчётливыми, как у торговца, оценивающего товар.

— Расслабься, — повторил он ту же фразу, что говорил у запруды, и на этот раз в его голосе не было ласки, только спокойная, деловитая уверенность. — Ты ведь за этим пришла.

Марта вырвала руку. Резко, с силой, которая удивила её саму, содрав кожу на запястье. Отступила к двери, прижимая руку к груди, и посмотрела на двоих парней, сидевших за столом, каждый со своей кружкой, каждый с выражением лёгкого раздражения, как у людей, которым испортили вечер капризом.