Книга Системный Друид. Том 1, страница 79 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я экспериментировал с листьями лунники, осторожно перетирая их в ступке и смешивая с нейтральной основой. Нейротоксин, содержащийся в них, парализовал дыхательные пути, но действовал медленно, слишком медленно для боя с разъярённым зверем. Добавление экстракта сонной крапивы ускоряло эффект, а толика огневки обеспечивала проникновение через плотную шкуру.

Результат получился грязным, неочищенным, с побочными эффектами, которые я пока не мог предсказать. Система оценила его как «Парализующую пасту низкого качества» с эффективностью в тридцать процентов против тварей второго ранга, и ниже.

Негусто, но для начала сойдёт.

Лечебные составы шли параллельно. Мазь из каменного бархата я довёл до приемлемого качества, добавив в неё вытяжку из коры железного дуба для укрепления повреждённых тканей. Укрепляющий отвар теперь давал восемнадцать процентов ускорения регенерации вместо начальных двенадцати. Антидоты от простых ядов я готовил партиями, храня их в глиняных пузырьках на поясе.

Я не собирался геройствовать. Моя тактика была проста: ослабить зверя издалека, замедлить его реакции, выиграть время для отступления. Если драки можно избежать, я её избегал. Если нельзя, я хотел иметь преимущество до того, как дело дойдёт до ближнего боя.

Здравый подход. Разница между выжившим и храбрым трупом.

* * *

Лес становился привычным, почти родным.

Я узнавал отдельные деревья по форме крон и рисунку коры. Знал, где гнездятся определённые птицы и какие звуки они издают при приближении хищника. Чувствовал изменения влажности воздуха за часы до дождя и умел читать направление ветра по колыханию листвы.

Мана-звери появлялись на моём пути регулярно, но столкновения случались редко. Я научился замечать их присутствие задолго до того, как они замечали меня. Примятая трава, свежие царапины на коре, характерный запах, резкий и мускусный для хищников, травянистый и сладковатый для травоядных.

Когда избежать встречи было невозможно, я просто менял маршрут. Обходил территорию крупного зверя по широкой дуге, пережидал в укрытии, пока опасность не минует. Лес подсказывал безопасные пути тем, кто умел слушать.

Иногда мне казалось, что сам Предел благоволит мне. Ветки раздвигались чуть легче там, где я хотел пройти. Твари словно отводили взгляд в последний момент, упуская шанс на лёгкую добычу. Тропы складывались удачно, обходя засады и ловушки.

В очередной свой выход я решил, что пора двинуться дальше и найти тот самый Солнечный Колокольчик.

Сорт упомянул его мимоходом, когда я принёс ему партию трав.

— Редчайшее растение, — алхимик причмокнул губами, словно говорил об изысканном блюде. — Растёт только в определённых местах, где потоки маны пересекаются под правильным углом. Цветёт раз в сезон, бутон держится три дня от силы.

— Сколько? — спросил я прямо.

— Пять золотых за один экземпляр. В правильном состоянии, разумеется. Сорванный неаккуратно или завядший не стоит и медяка. Очень капризное растение, очень.

Пять золотых. Сумма, на которую можно было жить месяц в Вересковой Пади, ни в чём себе не отказывая. Или обновить всю утварь в хижине, заменить истёртые инструменты, запастись редкими реагентами на долгое время вперёд.

— Где искать?

Сорт хмыкнул, оценивающе глядя на меня.

— На северо-востоке, за Оленьим Яром. Там есть место, которое местные называют Тихой Рощей. Странное место, — он понизил голос. — Мана там густая, почти осязаемая. Звери обходят его стороной, даже хищники. Люди тоже стараются не соваться без нужды.