Книга Божественная Обитель, страница 121 – Оливер Ло

— Как насчет трех лет? — прищурил взгляд Перун.

— Я тоже подумал об этом. Три года — не так много, чтобы остыть, но и не так мало, чтобы не успеть подготовиться. Мы встретимся через три года у Моста Вечности.

— Отличное место. Что ж Один, жди. Мы докажем тебе, что ты сам придумал свой Рагнарек!

Локи с яростью посмотрел на Ивора.

— На этот раз тебе повезло, щенок, — прошипел он сквозь зубы. — Но в следующий раз я лично разорву тебя на части.

Один внезапно повернулся к Локи.

— Ты истребляешь Валькирий? Без моего ведома⁈ Ты обещал, что просто заменишь их своими воинами, а теперь я узнаю, что ты используешь их жизни для своих трюков! Это бесчестно, Локи. Отпусти тех, кто остался, сейчас же.

Верховный бог мельком взглянул на Звездочку и громко произнес.

— Хёд был великим асом. И это мое последнее почтение ему.

Локи скрипя зубами щелкнул пальцами. К связанной Гель добавилось еще десять дев-воительниц. После этого скандинавские боги исчезли.

Ивор выдохнул с облегчением и пошатнулся. Но, пусть его сил и не оставалось, он нашел в себе маленькую крупицу, чтобы воскликнуть.

— Великий Перун, позволь мне обратиться к тебе лично!

На тот момент с верховным богом остались лишь Велес и Стрибог, а также Сварог, который уже успел обнять своего старшего брата в качестве приветствия. Остальные уже ушли через порталы.

— Велес, он же обладает твоим Путем, верно? Что думаешь, послушаем его еще?

Бородатый бог медленно кивнул.

— Думаю он доказал свое право быть услышанным.

Ивор упал на одно колено и почтительно склонил голову.

— В бесконечном почтении я хотел бы попросить у вас, Великий Перун, разрешения. Позвольте всем Валькириям примкнуть к славянскому пантеону. Я знаю, что им нет прощения за истребление Дев-Воительниц Магуры, но я клянусь всем, что у меня есть — им можно доверять! Если же случится так, что клятва будет нарушена, я отдам свою жизнь за это!

Валькирии слышали его отчетливо, но непонимающе переглядывались.

В тот момент Хильд, Регинлейв и Рандгрид преклонили колено подобно Ивору.

— Мы клянемся верой и правдой служить вам! Мы никогда не предавали своего властителя, но сами были преданы им. И теперь остались без дома. — поддержала Ивора Хильд.

Она не была с ним хорошо знакома, но успела увидеть, как он защищает Рандгрид, а сейчас и всех Валькирий. И она поклялась в своем сердце, что никогда этого не забудет.

Перун внезапно рассмеялся. И смех его был подобен грому.

— На что мне жизнь твоя, малец! Я мог бы истребить их так, как они это сделали с нашими воительницами. Но тогда я был бы глупым богом, верно?

Он сделал паузу, во время которой никто не решился заговорить. Однако, все понимали, Перун не обдумывал это. Он уже принял решение, но томил всех в ожидании.

Перун посмотрел на Ивора и Валькирий.

— Хорошо, я приму твою просьбу, юный герой. Валькирии будут приняты в наши земли. Но для этого ты должен выполнить одно условие.

Ивор с надеждой поднял голову.

— Какое условие, великий Перун? Я готов на всё!

Громовержец усмехнулся в бороду.

— Ты хорошо потрудился, заморозив Морену и не дав ей умереть. И я хочу знать — сможешь ли ты вернуть её к жизни до того, как начнется наше с Одином столкновение? Если да — Валькирии будут прощены и приняты. Если нет — им не будет места в наших землях.