Книга Модификатор Реальности I, страница 29 – Артемис Мантикор, Оливер Ло

Дела… Угораздило же нас нарваться на людей со столь ответственной миссией. Мой Ирису находится на самой границе с темными островами. Если Анклав пойдет войной, то нас сметут, и имени не спросят. Или, что еще хуже, просто зажмет в тиски между химерологами и некрами.

А там либо рабство с пришитыми крыльями, либо в виде умертвия какого.

— Война — это еще половина беды, — тяжело выдохнул Эдельвейс. — Если Великая Стена падет, то Пустота попрет вверх, и тогда уже не будет своих или чужих, все погрузится в настоящее отчаяние и тьму.

Странно слышать такое от некроманта, но он был прав, я вижу, как воздействует пустота на Хель, да что там, даже на себе успел ощутить, как она разлагает душу. Страшная сила.

— Итак, вам нужно доставить письмо. И только. Почему ты считаешь, что это будет смертельно опасным заданием?

— Все дело в ветви Отчаяния. Они настолько помешаны на развязывании второй войны, что не отступят ни перед чем. Очень сомневаюсь, что такое решение Патриарха пришлось им по нраву. Я уверен, они попытаются нас остановить. И боюсь, меня и Сатоки будет недостаточно, чтобы противостоять тому, что нас ждет.

— Почему ты так уверен?

— Назовем это кошачьим чутьем, — по-человечьи улыбнулся кот.

Похоже, ситуация и впрямь была серьезной. Если в самом деле Великая Стена на грани падения, а ветвь Отчаяния готовит переворот, это грозит катастрофой всем островам.

— Я понимаю твои опасения, Эдельвейс, — медленно произнес я. — Но почему ты решил, что я смогу помочь? У тебя ведь есть свои соратники и единомышленники среди некромантов.

Кот покачал головой.

— Увы, мастер Альтаир, но я не могу доверить это никому из них. Слишком велик риск предательства. А вы вне политики Анклава уже достаточно долгое время, вы свободный некромант, не связанный ни с одной из ветвей. Я вижу в вас огромную силу и мудрость. Вы — единственный, кому я могу довериться в этом деле.

Я задумался. Действительно, падение Великой Стены грозит катастрофой для всех. У меня, конечно, есть свой остров и свои заботы. Могу ли я ввязываться в чужую войну, рискуя тем, что я смог построить?

— А еще цель у тебя — маны собрать и память восстановить. — не могла не вставить Тали, хотя, в последнее время она была более молчаливой чем обычно.

Эдельвейс продолжал убеждать меня:

— Поймите, если ветвь Отчаяния одержит верх, они развяжут войну не на жизнь, а на смерть. И тогда о помощи можно будет забыть. Солнечные, тьма их дери, вмешаются в самый последний момент, когда может быть поздно. Если они вообще вмешаются. Пустота вырвется — тогда нигде не будет спасения — ни на светлых, ни на темных островах.

Я нахмурился. Он был прав. Если позволить тем, кто жаждет лишь войны и разрушения, прийти к власти — ничего хорошего из этого не выйдет.

— Ты прав, Эдельвейс. Я не могу позволить ветви Отчаяния развязать войну. Но ты уверен, что другие фракции согласятся помочь?

— Это будет решаться на Созыве, но могу сказать точно, если наконец остальные признают опасность пустоты и поверят, что она жаждет поглотить не только острова Анклава, но и весь этот мир, то у нас будет шанс противостоять этому. Ну и убедить Солнечных помочь снова. Как бы мне не хотелось это признавать, но лишь они обладают достаточными навыками и технологиями для этого.