Книга Корректор Реальности, страница 47 – Артемис Мантикор, Оливер Ло

Хм. А если он был параноиком, то вместо людей, которые могут предать или шпионить на врагов, использовал бы химер…

— Стоп, — я сам замер, как только мы пересекли последний жилой этаж.

Если бы я был Люциусом Змеемордом, где бы я поставил ловушку? Конечно же, сразу за обитаемым этажом.

Слугам ходить выше наверняка не позволено.

Не зря на полу валяются перья и птичий помёт.

Я поднял голову вверх. Там вместо дверей тянулись большие окна-бойницы. А над ними, под куполом башни, летала целая туча крылатых бестий. Скорее всего — сторожевые химеры.

[Справка:

Химерный сталекрыл. Тип: летун. Особое свойство: металлическое оперение, метание перьев, близость к стихии ветра.]

— Кто-нибудь прежде видел таких птичек? — спросил я, возвращая часть голоса. — Называется химерный сталекрыл.

— Этих птиц на островах десятки тысяч разновидностей. Я тебе не орнитолог.

— Я видела, — тихо сказала Хель. — Такие прилетали к нам с Праксиса. Мы прятались от них в каменных домах.

— И не убивали?

— У них очень сильная броня, и они атакуют издали. Для таких нужно огненное оружие, как у механистов.

— Ясно. Чем они питаются? Что любят и ненавидят? Ориентируются на слух?

— Я покопалась в справке поглубже, — подала голос Тали. — У них очень острое зрение. На слух они тоже не жалуются, но трюка с обувью должно быть достаточно. Стук сердца или дыхание они не должны услышать. Вероятность есть, но маленькая. Разве что под самым куполом.

Почти уверен, что идти нам придётся именно туда…

— Элементали, — вспомнила Хель. — Им не интересны элементали. Особенно электрические.

Девушка поняла, к чему я клоню. Да, лучший выход — видоизменение. Попробуем побыть элементалями.

Дальше по лестнице шли три больших облачка шаровых молний.

Птицы особого интереса не проявляли. Жаль только, что на усталость в ноющих мышцах видоизменение не распространялось.

Посередине лестницу перерезала небольшая площадка, из которой был выход на балкон с видом на город.

— Нет, это не то, — произнесла Тали. — Там должна быть определённая ритуалистика.

Я молча указал пальцем наверх, давая понять, что путь здесь не закончится.

Вскоре всё перекрыл собой гомон множества кричащих птиц. Мы с опаской смотрели на летавших с огромной скоростью блестящих серебряных существ. Вблизи они больше напоминали рой чем птичью стаю.

Наконец, мы застыли перед высокой двустворчатой дверью, которая вела на крышу башни. Она была расположена прямо на лестнице. Выше был лишь купол с химерами.

Мы вошли внутрь. Я снял видоизменение, которое жрало порядочно маны.

Беглый осмотр помещения сразу же дал понять, что мы там, где нужно.

Впереди была арка, за которой находилась площадка с большим телескопом по центру.

Мы вышли из под навеса под вновь начавший слегка моросить дождь. ветер тоже усилился. Плохо, так дурман быстрее слетит.

Я сделал первый шаг навстречу прибитому к полу огромному телескопу, и в этот момент в абсолютной тиши раздались редкие хлопки.

— Браво. Превосходное проникновение. Правда, вы могли бы и просто попросить воспользоваться моей башней, мастер Альто… к сожалению, не знаю вашего прозвища.

Хочет, чтобы я сам назвался Тёмным или кем-то ещё?

Старший магистр Люциус Змееморд был высоким худощавым мужчиной лет сорока пяти, с длинными волосами и пробором по центру. Стало сразу понятно его прозвище — то ли результат работы кислот, то ли неудачный опыт с химерами, но часть его лица была покрыта чем-то средним между змеиной чешуёй и шрамами от химического ожога.