Книга Рассвет Души Повелителя. Том 4, страница 108 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Что здесь происходит? — голос патриарха прогремел, словно раскат грома, заставив всех вздрогнуть.

Хао Ли, первая дочь патриарха, с трудом поднялась на ноги. Ее обычно безупречная прическа растрепалась, а на щеке виднелась царапина — видимо, Мэй все же сумела ее достать. Она бросила на нас презрительный взгляд, прежде чем ответить главе клана.

— Отец, я преследовала Фэй. Она хотела помочь сбежать своей сестре, Мэй. Эти двое, — она указала на меня и Маркуса, — очевидно, ее сообщники.

Я стиснул зубы, чувствуя, как внутри закипает гнев. Хао говорила правду, но старалась выставить нас в худшем свете. Очень удобно манипулировать правдой, когда она может рассматриваться под разными углами. Впрочем, о снисхождении я не думал.

Один из стражников, выступил вперед. Его лицо было бледным от страха, но он собрался с духом и заговорил:

— Великий патриарх, когда мы вошли в дом госпожи Мэй, эти практики уже были с ней. Мы не знали, кто они, но помня ваш приказ о том, что никто не должен приближаться к дому госпожи Мэй, чтобы не мешать ее медитации, мы попытались их задержать. Они начали сопротивляться, и…

Стражник замялся, явно не желая признавать свою неспособность справиться с ситуацией. Наконец, он выдавил:

— Мы не могли сражаться в полную силу, господин. Вдруг они из другого клана? Мы боялись создать проблемы. Все же сегодня важный день и в клане много гостей. Мы понесем наказание за наш проступок…

Патриарх махнул рукой, прерывая поток оправданий. Он тяжело вздохнул и потер переносицу, словно пытаясь избавиться от внезапной головной боли. Я почувствовал, как его аура слегка ослабла, позволяя нам немного свободнее дышать.

Хао, воспользовавшись моментом, снова подала голос:

— Отец, я видела, как они разговаривали друг с другом. Все они друзья Мэй и Фэй. Они пытались помешать нашим планам!

Патриарх медленно кивнул, его лицо было непроницаемой маской. Затем он произнес:

— Хорошо. Мэй, ко мне в поместье. Фэй тоже.

Я почувствовал, как сердце сжалось от страха за девушек. Но следующие слова патриарха заставили меня похолодеть.

— Этих двоих казнить.

В тот же миг я почувствовал, как чьи-то сильные руки схватили меня. Краем глаза я увидел, что Маркуса тоже держат двое стражников. Мы оба были слишком истощены сражением, чтобы оказать серьезное сопротивление, особенно под давлением ауры патриарха.

— Нет! Пожалуйста, отец! — раздался отчаянный крик Мэй.

Я повернул голову и увидел, как ее тоже поднимают и ведут к патриарху. Слезы катились по щекам девушки.

— Отец, умоляю! — продолжала она, ее голос дрожал от эмоций. — Пощади их! Они ни в чем не виноваты! Это я… я во всем виновата! Я готова отдать свою жизнь, только пощади их и мою матушку! Я больше никогда не буду перечить тебе, клянусь! Я сделаю все, что ты скажешь, только оставь их в живых!

Мое сердце разрывалось от ее слов. Мэй была готова пожертвовать собой ради нас, и это причиняло мне почти физическую боль.

Патриарх посмотрел на свою дочь, и на мгновение мне показалось, что в его глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление. Но оно тут же исчезло, сменившись чем-то холодным и чуждым человеку.

— Ты в любом случае будешь верна клану и отдашь все, что потребуется, — сказал он ровным голосом и жестом показал стражникам, чтобы нас с Маркусом увели.