Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 10, страница 21 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Вы пришли… — его голос звучал отовсюду, размноженный эхом, скрипучий и неприятный. — Глупцы. Вы думаете, что можете спорить с бурей? Я и есть буря! Я сдую вас с лица земли!

— Феррус вам сценарий с пафосными фразами дает? — усмехнулся я. — Как ни приду — одно и то же.

Он раскинул руки, и ураган обрушился на нас. Настоящий шторм, который пытался содрать мясо с костей, состарить камень, уничтожить все живое. Хлоя и Зара мгновенно возвели барьеры, но их щиты трещали под напором. Сирена с трудом удерживала водяной купол, который испарялся на глазах.

— Он силён, — прохрипела Касс, прижимаясь к полу, чтобы её не унесло в бездну. — Дарион, он слишком силен!

Апостол был эпицентром хаоса. Он не контролировал силу, он просто выпускал её наружу, разрушая всё вокруг, включая собственную цитадель. Камни крошились в пыль, металл гнулся.

Я шагнул за пределы барьера.

Ветер ударил меня, пытаясь разорвать на части. Мой плащ захлопал с такой силой, что ткань начала рваться, но я стоял. А потом пошёл к нему. Спокойно и уверенно.

Здесь нельзя было использовать грубую силу или прятаться. Ветер найдет тебя везде. Ветер нельзя пересилить массой. Его нужно резать. Я переключил свое восприятие, перестал видеть ветер как стихию и начал видеть его как структуру. Потоки, узлы, зоны напряжения. У всего есть слабое место.

Я перешёл на бег.

Апостол обратил теперь внимание на меня. Он взвизгнул от ярости и направил на меня гигантский черный смерч, наполненный обломками и темной магией.

— Исчезни! — заорал он.

Не став уклоняться, я применил Стиль Пронзающей Молнии. Я сжал энергию в тонкий, невероятно плотный луч на острие меча и ударил прямо в «глаз» бури. Не в сам ветер, а в точку, которая его удерживала. Удар разрушил структуру заклинания. Смерч лопнул, разлетевшись в разные стороны остаточными воздушными лезвиями.

Используя инерцию и замешательство врага, я оказался в десяти метрах от удивленного Апостола. В его глазах мелькнул страх. Он начал лихорадочно формировать сферу из сжатого вакуума, чтобы раздавить меня, но я уже видел уязвимость в плетении его магии.

— Слишком медленно, — усмехнулся я.

Стиль Рассеивающегося Тумана. Серия быстрых ударов по воздуху. Я разрезал нити магии, которые он плел. Заклинание дестабилизировалось и взорвалось прямо перед его лицом. Взрыв отбросил Апостола назад, впечатав в невидимую стену его собственного ветра.

— Ты… ты ломаешь мою магию! — прохрипел он, сплевывая черную кровь. — Как⁈ Ты даже не маг!

— Мне не нужно быть магом, чтобы видеть, где у тебя гнилые нитки, — ответил я, подходя ближе. Клятвопреступник в моей руке гудел ровно и уверенно, чувствуя скорую кровь. — Твоя техника полна дыр, как и твоя душа.

Апостол оскалился. В его взгляде читалось безумие загнанного зверя.

— Ты думаешь, это всё? — прошипел он. — Ты думаешь, ты победил? Феррус дал мне силу, которая превосходит твоё понимание! Я стану самим ветром!

Он ударил себя в грудь, разрывая плоть когтями. Из него вырвался ветер. Черный, густой, воющий. Это была сама сущность разрушения. Он пожертвовал своим телом, своей жизнью, чтобы стать чистой стихией. Его физическая оболочка начала распадаться, превращаясь в вихрь лезвий, и он стал живым ураганом, занимающим половину площадки.

— Попробуй разрезать это! — прогремел голос, ставший шумом ветра, грохотом бури.