Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 8, страница 32 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я понял, что долгая битва мне не выгодна. Нужно заканчивать быстро.

Плавно перешел в Стойку Одного Удара. Вся моя концентрация сосредоточилась на одной точке. Вся сила, вся скорость, вся энергия направлена в один смертельный удар.

Максимус почувствовал опасность. Он поднял топоры крест-накрест, создавая защиту из красной энергии.

Я ударил.

Клятвопреступник встретился с топорами. Звук был оглушительным, как удар колокола. Энергия взорвалась, волна света и силы разнеслась во все стороны, сметая деревья, разбрасывая камни.

Когда свет рассеялся, Максимус стоял на коленях. Его защита была пробита. Клятвопреступник отрубил ему правую руку по плечо, практически не встретив сопротивления на своем пути.

Рука, держащая топор, упала на землю. Кровь хлынула из культи.

Максимус застонал от боли, но не закричал. Настоящий воин был им до конца. Он сжал оставшийся топор левой рукой, попытался встать.

— Хороший удар, — прохрипел он сквозь стиснутые зубы. — Но пока я дышу, наш бой не окончен.

Он начал собирать энергию для последней, отчаянной атаки. Красное свечение вокруг него становилось ослепительным. Благословение Малахая отзывалось на волю своего апостола, даже на грани проигрыша.

Но я заметил нечто. Его дыхание выровнялось. На долю секунды, едва уловимо, но я увидел. Раненый, истекающий кровью человек, не дышит так ровно. А мышцы его левой руки, держащей топор, напряглись сильнее, чем должны были.

Он притворялся слабее, чем был на самом деле. Ждал момента, когда я подойду ближе, чтобы нанести внезапный удар.

Что ж, в эту игру могут играть и двое.

Я сделал шаг вперед, расслабив плечи, словно считая бой оконченным. Клятвопреступника держал небрежно, опустив острие к земле.

— Хороший бой, — сказал я, делая еще шаг. — Тебе необязательно умирать здесь, Максимус.

Но Малигаро молчал, следя за мной глазами. Ждал идеального момента.

Я подошел ближе. Еще на шаг. Вошел в радиус атаки его топора.

И тогда Максимус рванул вперед, используя, по всей видимости, последний резерв благословения и своего тела. Движение было невероятно быстрым для раненого человека. Топор взметнулся снизу вверх, целясь мне прямо в незащищенное горло. Удар был рассчитан идеально, под таким углом, что блокировать его обычным способом было невозможно.

Но я ждал именно этого.

В момент, когда топор начал движение, я шагнул не назад, а вперед и вбок. Прямо в мертвую зону атаки, туда, где лезвие еще не набрало скорость. Моя свободная рука схватила его за запястье, останавливая удар.

Максимус попытался вырваться, но я уже развернул его, используя его же инерцию против него. Мой удар ногой в спину был точным и безжалостным.

Мужчина отлетел назад, прямо к границе зоны.

Та самая смертельная линия, которая медленно сжималась, подобралась почти к месту нашей битвы. Максимус упал прямо за ней.

Эффект был мгновенным.

Его кожа начала чернеть, трескаться. Плоть гнила на глазах, кости проступали сквозь разлагающуюся ткань. Глаза Максимуса расширились от ужаса и боли.

— Нет… — прохрипел он, пытаясь отползти обратно.

Но было поздно. Зона пожирала его, не оставляя шанса на спасение. Благословение Малахая пыталось исцелить повреждения, красная энергия вспыхивала ярче, но божественная сила не могла пересилить правила, установленные этими же богами.