Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 5, страница 88 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Риверс. Даже мертвый, его брат продолжал отбрасывать тень на жизнь Леона. Сначала — как недостижимый идеал, советник Гильдии, гений клана, который тем не менее всего добился сам. Потом — как чудовище, множество людей ради силы. И теперь — как позор, который Леон должен был искупить.

Парень скосил взгляд на Дариона. Тот сидел, закинув ноги на спинку переднего кресла, с таким видом, будто смотрел представление в театре. Расслабленный, уверенный, словно происходящее внизу не представляло никакой угрозы.

«Он всегда такой, — с горечью подумал Леон. — Всегда на шаг впереди, всегда контролирует ситуацию. Даже когда кажется, что он просто дурачится».

В груди шевельнулось что-то горячее. Не просто зависть — нечто большее. Желание доказать, что он не просто тень своего погибшего брата, не просто еще один аристократ из древнего клана. Что он может стать кем-то значимым. Кем-то, кого будут помнить не как младшего Монтильяра, а как Леона.

И теперь у него была сила для этого. Божественная сила.

Леон почувствовал, как внутри откликается энергия Верагона. После того дурацкого контракта с блестками и футболками что-то изменилось. Не просто прибавка к силе — нечто фундаментальное. Он чувствовал пульсацию божественной энергии в венах, видел мир четче, яснее. Каждое движение противника читалось как открытая книга, каждая слабость светилась как маяк.

«Я апостол бога, — напомнил себе Леон. — Не просто Охотник с магией льда, один из многих. Я избранный божества. Пусть и такого… специфического».

Воспоминание о Верагоне заставило его поморщиться. Бог дуэлей оказался совсем не таким, каким Леон представлял божеств. Никакого величия, никакой мудрости. Просто гиперактивный подросток с манией величия и странной одержимостью мерчем.

Но сила была реальной. Леон чувствовал ее каждой клеткой тела. И не просто силу — контроль. Верагон сказал правду: никакого зомбирования, никакого подчинения воли. Только чистая мощь, готовая откликнуться на его зов.

«Могу ли я теперь сравниться с Дарионом? — подумал он, украдкой глядя на мечника. — В конце концов, на моей стороне божественная сила. Он может быть опытным, может знать тысячи техник, но разве человек может противостоять воле бога?»

Внизу на арене Максимус Малигаро взмахнул молотом, красная энергия взорвалась вокруг него. Костяной Император парировал удар трезубцем, контратаковал костяным гладиусом. Люций Аудиторе создавал серебряные нити, пытаясь опутать ноги противника.

Бой шел уже несколько минут, и главы кланов явно начинали уставать. Их атаки становились медленнее, защита — менее плотной. Костяной Император же двигался с той же механической точностью, что и в начале боя.

«Они сильные, — признал про себя Леон. — Одни из лучших Охотников Империи. Но…»

Но они выглядели такими обычными по сравнению с Дарионом. Тот уничтожил шестиметровую костяную тварь за пару секунд. Просто врезался в нее плечом и разрубил пополам. Без усилий, без напряжения, словно это была утренняя разминка.

Злость снова шевельнулась в груди Леона. Почему? Почему этот человек настолько сильнее всех остальных? Что делает его особенным?

«Он убил твоего брата, — шепнул тихий голос в глубине сознания. — Да, Риверс был безумен, да, он стал чудовищем. Но Дарион убил его. И даже не выглядел расстроенным».