Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 4, страница 123 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

За считаные секунды воздух наполнился серебряными нитями, которые метались во все стороны с невероятной скоростью. Они рикошетили от камней, от деревьев, от панциря черепахи, создавая все более сложный узор. Каждая новая линия добавляла деталь к этой смертоносной картине.

Сонг не могла проследить за движением, оно было слишком быстрым для человеческого глаза. И это, несмотря на все боевые тренировки девушки. Она видела только результат, прекрасную и ужасающую паутину света, которая оплетала все вокруг.

Монстры замерли. Не от страха, они просто перестали двигаться, словно время для них остановилось. Каменные твари застыли на полпути в своем вращении. Двуногие существа с костяными наростами замерли с открытыми пастями.

Даже гигантская черепаха перестала двигаться, ее голова застыла в повороте.

А серебряные линии продолжали множиться. Они оплетали каждого монстра, создавая вокруг них светящиеся сети. Узор становился все сложнее, все красивее. Это было похоже на то, как безумный художник одним непрерывным движением создает шедевр.

И вдруг все прекратилось.

Серебряные линии исчезли, оставив после себя только слабое послесвечение на сетчатке, будто отпечатавшись в пространстве. На мгновение воцарилась абсолютная тишина.

А потом, высоко в воздухе над черепахой, появился Дарион.

Он парил в десяти метрах над панцирем гиганта, окруженный остаточными серебряными искрами. Меч в его руках светился так ярко, что было больно смотреть. На лице Дариона не было эмоций — только холодная сосредоточенность мечника, завершающего свою работу.

Он поднял клинок над головой. Лезвие вспыхнуло еще ярче, и от него пошла волна силы, которая заставила воздух задрожать. И в этот момент Дарион был похож на паладина света, как из сказок.

А затем меч в его руках обрушился вниз.

Удар был вертикальным, простым, без излишеств. Меч вошел в панцирь черепахи прямо перед колоколом, пробив древнюю броню как бумагу. От точки удара во все стороны пошла режущая волна — видимая глазу рябь в воздухе, которая прошла через все тело гиганта.

Черепаха даже не успела взреветь.

И в этот момент все монстры на поляне, сотни тварей, которые секунду назад были готовы убить вторженцев-людей, распались на части. Это произошло одновременно, словно кто-то щелкнул выключателем. Каменные твари рассыпались на идеально ровные куски. Двуногие существа просто развалились, словно разрезанные невидимыми лезвиями.

Кровь и внутренности хлынули на землю, превращая поляну в бойню. Но Сонг этого почти не заметила. Ее взгляд был прикован к Дариону, который спрыгнул с панциря расколотой пополам черепахи.

Он приземлился тяжело, слегка пошатнулся, но устоял. Меч в его руке больше не светился, а сам Дарион выглядел уставшим. Но без единой царапины, что удивляло даже больше, чем все остальное.

Сонг попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. Она только что видела, как один человек уничтожил целую армию монстров, включая босса A-ранга, одной-единственной атакой. Это было невозможно. Это противоречило всем законам и принципам, которые она знала.

— Ты… как… — наконец выдавила она.

* * *

Я, пошатываясь, подошел к Сонг, чувствуя, как каждая мышца в теле горит от перенапряжения. Стойка Мерцающего Клинка всегда забирала много сил. Но на то она и рассчитана. Если ты один против тысячи противников, то одна эта стойка делает тебя единственным выжившим на фоне тысячи трупов.