Книга Пыль дорог и стали звон, страница 167 – Илья Карпов

— Звучит как паранойя, Драм. — Улыбнулся наёмник. — Всё же надеюсь, что хоть в этот раз всё пройдёт хорошо. Детский праздник, в конце концов.

— У богов всегда на всё свои планы, Таринор. И в нашем мире паранойей это не объяснить. — Тихо вздохнул эльф и посмотрел на наёмника. — Ты и сам знаешь.

От неестественного взгляда иллюзорного лица Драма Таринору стало не по себе. Он и сам понимал, что может случиться всё, что угодно. Король говорил о настроениях эльфов, пусть речь и шла об Аккалантире, а не о лесных жителях Северной рощи. С другой стороны, они могут быть связаны. К тому же после того, что Дериан Рейнар сделал с той эльфийкой… Уж не за этим он отослал сюда своих детей, чтобы они не было свидетелями творившегося в замке? Дьявол! Дети Рейнара-эльфоубийцы здесь рядом с эльфами! Рука наёмника легла на рукоять меча.

— Дорогие гости! — Раздался добродушный голос лорда Джойберта Майвена. — Сегодня в этот светлый день я собрал вас, дабы отпраздновать именинный день сына моего хорошего друга и родственника, Дериана Рейнара, лорда дракентальского. Помимо множества благородных людей нашего города здесь присутствуют наши добрые соседи, эльфы Северной рощи, и их представитель, Феалентир Белолистный.

Со всех сторон раздались апплодисменты. Люди поднимали бокалы и произносили речи за здравие юного Рейнара и процветание дома Майвенов.

— А теперь слово нашему дорогому гостю, Феалентиру. — Сказав это, лорд опустился на своё место. Он взглянул на наёмника, и его улыбка стала натянутой.

— Подобно листьям, влекомым ветрами, мы откликнулись на зов лорда Джойберта принять участие в этом праздненстве. — Начал эльф спокойным, но громким голосом. Наёмник был уверен, что эти слова отчётливо было слышно всем вокруг. — Но также достопочтенному лорду следовало знать, что приглашать нас на праздник Рейнара — что класть руку в пасть дикому волку, ибо Дериан Рейнар запятнал себя как грязный убийца и предатель гостеприимства, оборвав ещё столь короткую жизнь нашей сестры, Лиристель из Акаллантира, что была посланницей и гостьей в Дракентале.

По мере того, как эльф говорил, весёлый гул голосов гостей сначала затих, потом пошёл шёпот и удивление, а теперь нарастал недовольный гомон. И лишь немногочисленные эльфы стояли неподвижно, будто ожидая чего-то.

— Жизнь бесценна. — Продолжал эльф. — А значит, её можно искупить лишь другой жизнью. Кровь нашей сестры должна быть оплачена кровью Рейнара. И не столь важно, кто из Рейнаров это будет. — После этих слов воцарилось молчание, а эльф обратил взгляд к оцепеневшему Марису. — Вы отдадите нам этого ребёнка.

— А не кажется ли вам, что это вы нарушаете законы гостеприимства, угрожая расправой над ребёнком на его собственном празднике, будучи приглашёнными гостями? — Поднялся лорд Майвен. — Я не намерен терпеть подобной наглости. Я пригласил вас в надежде на дальнейший мир между нашими народами. Люди Моирвена и эльфы Северной рощи с давних пор жили бок о бок, и теперь вы решили вбить клин между нами? Сир Бертрам, отведите детей в замок.

Из толпы вышел усатый мужчина в доспехах, который молча взял Мариса за пухлую руку и повёл прочь. За ним последовала красивая светловолосая девушка лет шестнадцати, видимо, Мирана Рейнар. Несколько стражников пошли следом за ними, оглядываясь на эльфов.