Книга Цена власти, страница 4 – Илья Карпов

— И давно посвятили вас? — рассеянно спросила Алессия, наблюдая, как вино в кубке качается в такт волнам.

— Едва стукнуло восемнадцать годков. Я ведь сын лорда, хоть и младший, мне по рождению положено. Братец — будущий лорд, а ты, Венианор, седлай волну и борозди моря хоть до края мира… Знаете, хоть это и идёт вразрез с тем, что говорят об островитянах, а ведь и среди наших есть такие, кто почти всю жизнь просидел задницей на скалах! Взять хотя бы моего брата Мирртона. В годы войны он отправился воевать к Золотому берегу, так, говорят, весь путь, от причала до причала, просидел в трюме в обнимку с ведром. Где ж такое видано-то: наследник Солёной скалы и моря боится. Зато как на землю ступил, то бился как дьявол. В общем, парень славный, я вас обязательно познакомлю… Вижу, вас мои россказни, не слишком-то забавляют.

— Да? Простите, — Алессия в несколько глотков осушила кубок и встала. — Я лучше отправлюсь к себе. Спасибо за вино.

— Постойте, госпожа Винтерсонг. Вы в некотором смысле гостья на моём судне, и мне как капитану невыносимо видеть вас в таком состоянии. Что я могу сделать, чтобы на этих чудных щёчках вновь появился румянец? Только скажите — и это тут же будет исполнено.

Алессия держалась, как могла, но сейчас через плотину, которую она так старательно строила в своей голове, стремительным потоком хлынули эмоции.

— А что вы можете сделать, господин Русворт? — развернулась она перед самой дверью. — Вернуть к жизни моих коллег и студентов, оставшихся в Академии? Воскресить обречённых горожан, что остались на растерзание беспощадной твари? Или же вы справитесь с самим этим существом? Безжалостным чудовищем, которое убивает одним прикосновением! Насылающим ужасающие видения, которые я и представить не могу! Нет, господин Русворт. Всё, что вы можете, это вливать в меня неральское вино, бутылку за бутылкой. Но это не избавит от осознания того, что у меня больше нет ни дома, ни друзей, ни всего того, что наполняло мою жизнь смыслом! Остался только груз вины и отчаяние. Единственное, что не даёт мне спрыгнуть за борт — это ответственность перед теми, кого мне, вопреки всему, удалось спасти. Вам знакомо это слово, «ответственность»? Вряд ли. Я наслышана о ваших похождениях. Впрочем, неудивительно, вы ведь «всего лишь морской бродяга», а такие вещи, как ответственность и груз вины лишь тянут на дно.

Венианор Русворт выслушал всё это с невозмутимо каменным лицом. Когда же Алессия, тяжело дыша, закончила тираду, он поставил кубок на стол и тяжело вздохнул.

— Груз вины, говорите? Нет, госпожа Винтерсонг. Вы берёте на себя слишком много. Некоторые вещи нам предугадать не дано, и уж точно не стоит винить себя за то, что этот ваш архимаг снюхался с каким-то демоном и убил столько народу… А что же насчёт ответственности… — лицо Русворта на мгновение приобрело болезненное выражение. — Раз уж вы обо мне наслышаны, то наверняка знаете, что говорят обо мне и покойной королеве Мерайе, сестре Эдвальда Одеринга. Якобы она изменила королю Альберту Эркенвальду со мной, а после родилось рыжеволосое дитя, которое и стало причиной Войны короны. Разумеется, Эдвальд и слышать не хотел об этой версии событий, предпочитая верить, что король тронулся умом и убил верную ему супругу в припадке ревности. Вот только… — Русворт снова вздохнул. — Вот только всё было немного иначе.