Книга Цена власти, страница 209 – Илья Карпов

Раздался глубокий, раскатистый гул. То был Большой Эд, позеленевший от времени бронзовый исполин, старший брат всех столичных колоколов, освящённый первым патриархом. Железный страж пошатнулся и издал протяжный стон, схватившись за голову. Теперь Грегорион знал, что делать.

Он стал сражаться возле Большого Эда, не забывая время от времени бить по нему молотом. Железные стражи мешкали, и этого хватало инквизитору, чтобы сражать их одного за другим. Он получил немало ран, даже почувствовал нечто похожее на боль, однако, стиснув зубы, гнал это чувство прочь. Но вдруг что-то ударило Грегориона по шлему с такой силой, что в голове зазвенело.

На него налетел воин в доспехе с серебром, что прежде стоял возле Агны. Инквизитор не успел увернуться от очередного удара, и палица угодила ему в бок, заставив пошатнуться.

«Для такого оружия это слишком, как и для его владельца. Наверняка сила Калантара» — успел подумать Грегорион, прежде чем увернулся от следующего удара. Молот вновь грянул по колоколу, но воин с палицей и не думал замедлиться.

«Этот не одержим!» — осенило инквизитора. Удар палицы пришёлся на грудь, и Грегориона отнесло почти к самому краю. Он почувствовал, как треснула кора, как заскрипела древесная плоть, ощутил привкус крови во рту.

Инквизитор схватился с оказавшимся рядом железным стражем и краем глаза заметил блеск полированного металла: воин в серебряном доспехе нёсся на него, сжимая палицу в обеих руках. Малейшее промедление — и он сам полетит вниз с башни.

Тогда Грегорион решился на отчаянный шаг: он выронил молот, схватил стража и швырнул его прямо в бегущего противника, сбив того с ног. Пока серебряный воин спихивал с себя тяжёлую ношу, инквизитор уже оказался рядом и замахнулся молотом на его ногу. Следом за чудовищным хрустом раздался душераздирающий вопль.

— К сожалению для тебя, ты чувствуешь боль, — проговорил Грегорион. — Но, по крайней мере, ты остался человеком.

Когда он расправился с оставшимися железными стражами, то обернулся на Агну. Матриарх церкви Железной длани и королева Энгаты вжалась в ограждение колокольной башни, выставив перед собой скипетр, будто бы тот мог её защитить. Лицом она была едва ли не белее своих белоснежных одежд.

— Ты не посмеешь… — сказала она сквозь зубы. — Едва ты прикоснёшься ко мне, и на тебя обрушится ярость Владыки! Все те, кого ты убил, были его слугами, ты же станешь его рабом. Твоими руками Владыка оборвёт жизнь всех, кто тебе дорог, а твой разум, запертый в клетке плоти, будет не в силах помешать ему!

— Ты уже забрала ту, кто был мне дороже всех на свете… — проговорил Грегорион и перехватил было молот поудобнее.

— Нет! — сзади раздался высокий юношеский голос, полный отчаяния.

Грегорион обернулся. Серебряный воин шёл, волоча за собой ногу, и с каждым шагом сквозь стиснутые зубы прорывался стон боли. В руке он сжимал палицу-кулак, но прошёл мимо инквизитора, даже не попытавшись его ударить.

— Эрниваль! — торжествующе воскликнула Агна. — Сокруши нечестивца силой, данной тебе самим Владыкой! Инквизитор меня не коснётся, клянусь железным троном Калантара! Я его избранная! Его железный ангел!

Но вдруг воин снял шлем. На обожжённом лице, обрамлённом светлыми волосами, отпечаталось выражение невыносимой скорби. Он окинул инквизитора взглядом полным усталости. Палица выпала из его рук, со звоном ударившись о камни.