Онлайн книга «Цена власти»
|
— Болваны, — с горечью проговорил юноша. — Если по их душу войско придёт, никакие ограды не спасут. Уж если замки вон какие берут, то что им какой-то частокол… — Вряд ли на деревню станут войско отряжать, — добродушно сказал Таринор, но про себя подумал, что это вполне в духе нынешнего Эдвальда — самым жестоким способом покарать наглецов, посмевших дать отпор. — Но что ж ты тогда не остался? — Чтобы другим людям помочь. Дома у меня никого из родных не осталось, так уж лучше поищу славы, чем стану дрожать за стенами… Тем временем у костра остались лишь четверо, считая Таринора: Равена, усатый дядька, что осадил Оливера, да и сам Оливер. Остальные разошлись спать. «Вот теперь, — решил Таринор, — самое время для расспросов.» — Кстати, — как бы невзначай бросил он, — а как же так вышло, что во главе войска встала девушка? Ни в коем случае не хочу умалить достоинств твоей госпожи, Оливер. Мне просто любопытно, раз уж вы теперь под моей ответственностью, да и не каждый день встречаешь девушку-рыцаря. Кто ж тебя посвятил? Равена медлила с ответом. Она взглянула в глаза соратников, будто ей было нужно разрешение рассказать, и вскоре заговорила вновь: — Мой отец. Сам он получил титул от лорда Кевина Моэна, а вдобавок к тому — придорожную таверну у деревушки в десятке миль от Могилы эльфа. Так что жили мы вполне сносно. Папа был настолько предан своему господину, что тоже взял на герб ворона, но этого ему было мало. Поэтому меня зовут Равеной, а моего брата — Корвином, — девушка горько усмехнулась и добавила: — Вороньи имена. — Говорили ему, что не к добру так детей называть, — протяжно вздохнул усатый, подбросив щепок в костёр, — но Вилланд Даск всегда был жутким упрямцем. — Стало быть, в прошлую войну он сражался за Моэнов, — проговорил Таринор. — А ты, в свою очередь… — Да, Моэны были за имперцев. Кевина Моэна убили на Руке лорда, отца же всего лишь ранили. Он попал в плен, а после… Таринор поёжился. Он помнил, что именно Бьорн убил тогда лорда Моэна. Его друг не раз вспоминал ту битву, всякий раз замечая, что лорд Кевин был «здоровенным сукиным сыном со здоровенным мечом». — … а после отец вернулся домой, но дома уже не было. Таверну сожгли. Мама защитила нас с братом, но… ей самой повезло меньше. Она умоляла нас не смотреть и не слушать. Я закрыла Корвину глаза и уши, но на себя мне рук уже не хватило. — Это были люди Одеринга? — осторожно спросил Таринор. — Чёрт бы их знал, — ответил за Равену усатый и, нахмурившись, плюнул на землю. — В войну шавок Однорукого было не отличить от обычных разбойников. Да и какая разница… И тем и другим место на виселице. Мне по хребтине тогда так приложили, что неделю с койки подняться не мог. А когда Вилланд вернулся, я ему ещё долго в глаза не мог смотреть. Мы ж соседями были, а я, старый солдат, не сумел жену его защитить, не уберёг… — Бросьте, дядюшка Вернер, нет в этом вашей вины… — сказав это, Равена снова обратилась к Таринору: — Дом Моэнов исчез, их земли передали Гвилам, а те на нас плевать хотели. Спасибо соседям: помогли отстроить новый дом, удержаться на плаву, вот только отец прежним уже не был. Щит и меч забросил под кровать, начал пить. Говорил, что раз дома его господина больше нет, то и дарованный им титул теперь ничего не значит. Чтобы не дать ему сорваться в пропасть, я попросила научить меня сражаться. А он, к счастью, не отказал. |