Книга Тень железной руки, страница 145 – Илья Карпов

Белые сёстры, специально отряжённые в свиту Пречистой Агны, проводили долгие часы, без устали пополняя запасы ароматных масел и кремов, чтобы та могла в любое время использовать их для омовения. Судя по запахам, доносившимся из-за двери, эти средства как раз пошли в ход.

«Чтобы прославлять богов, — говорила Агна, — следует очистить не только душу, но и тело». Поэтому монахини выливали на голову матриарха бальзамы, склянку за склянкой, чтобы добиться от её жестких волос мышиного цвета требуемой мягкости. Старательно втирали в кожу душистые мази, чтобы сделать её нежной, словно у младенца.

Каждый раз во время этих процедур в купальни не допускали никого, а Эрниваль, магистр ордена Железной руки и с недавних пор телохранитель Пречистой Агны, надёжно за этим следил. Всё таинство проходило за закрытыми дверями и порой могло затянуться не на один час, но однажды ему удалось увидеть своими глазами то, что оставило в его сердце след, словно раскалённым клеймом.

Матриарх тогда уже закончила омовение, когда послушница по ошибке принесла ещё горячей воды. Дверь в купальни открылась, и магистр почти случайно, всего на секунду, заглянул внутрь. Обычно в такие моменты он видел Агну сидящей в купели спиной к двери, пока девушки занимались её волосами — натирали их лосьонами, омывали зеленоватой водой травяных отваров или расчёсывали серебряными гребнями. В тот же раз Эрниваль узрел нечто необыкновенное. Прекраснейшее из зрелищ, что может открыться юноше.

Тонкие струйки воды стекали по изгибам юного стройного тела, обычно полностью скрытого под белоснежными одеждами. Крохотные капельки блестели на бархатной коже, подобно прозрачным жемчужинам. Всего на мгновение Пречистая Агна, матриарх Железной церкви предстала перед молодым магистром во всей красе. Но мгновение это показалось ему вечностью.

Агна шагнула из купели на расстеленное полотенце, и испуганная послушница поспешно прикрыла дверь. Но перед тем, как это произошло, Эрнивалю показалось, будто он поймал взгляд матриарха, мимолётный и насмешливый. Сердце, до того словно замершее, яростно заколотилось. Мысли юноши спутались, а тело бросило в жар. Так он и стоял, прислонившись к стене, пока раскрасневшаяся послушница, выглянув из-за двери, не сообщила ему, что они сами проводят матриарха в покои и что Агна желает Эрнивалю спокойного сна.

Но сон его в ту ночь спокоен не был. Почти до самого утра, стоило ему закрыть глаза, перед ним возникал чудесный образ Агны. С тех пор она не раз являлась ему во сне. Объятая светом, словно ангел, словно богиня, шагнувшая на грешную землю будто лишь ради него одного, она улыбалась, и улыбка эта наполняла сердце теплом и нежностью. После таких снов Эрниваль неизменно просыпался с жарким намерением посвятить матриарху всю оставшуюся жизнь, а душу его переполняло счастье от возможности быть рядом с безупречным творением богов.

Вот и теперь он нёс стражу у дверей купален, ожидая, пока матриарх закончит затянувшееся дольше обычного омовение. Запахи, доносившиеся оттуда, дразнили воображение, заставляя Эрниваля ощущать себя то в дивном саду, пронизанном уточнённым ароматом цветов и сладостью душистых фруктов, то посреди поля лаванды, колышущегося на ветру волнами, словно бескрайнее лиловое море. Магистр ждал, что с минуты на минуту его сладкая пытка закончится, и из дверей появится она, благоухающая, с чуть влажной от пара кожей. Эрниваль проводит Агну в покои, а после вернётся к себе и погрузится в сладкий сон, чтобы вновь увидеть её, свою единственную богиню.